– Почему ты предложил мне эту должность, если не хочешь, чтобы я тебе помогала? – Я все еще смотрела на ту же страницу, не в силах разобрать ни слова, не зажигая лампу.
Я спрашивала его о стажировке или обо всем остальном между нами? В одну секунду он был заинтересован – собственнический, неуравновешенный, бешеный – а в следующую он полностью проигнорировал меня.
– Потому что… – Его голос становился все ближе, и я поняла, что он навис надо мной, что он может коснуться меня в любой момент. От этой мысли по моей коже пробежала дрожь.
– Я хотел держать тебя в поле зрения, а ты хотела быть здесь. Слушай, у меня был паршивый день. Я даю тебе полную свободу действий, чтобы ты работала над своим проектом следующие полгода. Не беспокойся о моей скульптуре. Она будет готова вовремя, и она будет восхитительна. Предложения о работе будут сыпаться от всех подряд.
– Ты никому не позволишь это увидеть, – сказала я.
– Нет.
– Даже моему отцу?
Ответа не последовало. Господи. Я повернулась к нему, со стуком захлопнув книгу.
– Он знал, что ты не позволишь мне это увидеть, и все равно позволил мне приехать сюда и потратить на тебя шесть месяцев моей жизни?
Вон сел на край моей кровати, разглядывая меня со спокойным любопытством.
– Ты хотела приехать сюда.
– Как стажер.
– Следовало уточнить.
– О, отвали. Я не занимаюсь благотворительностью.
– Никто и не говорил, что это так, – процедил Вон, теряя терпение. – Слушай, ты зарабатываешь себе репутацию, ничего для этого не делая.
Я справляюсь со своими делами сам, и, обещаю, я устрою тебя на стажировку, когда мы закончим. Мне это подходит, Хорошая Девочка.
Что-то подсказывало мне, что он хотел прикоснуться ко мне, но не был уверен, как я отреагирую. Его руки неловко лежали на коленях. Вон не знал, что такое неловкость.
Откинув голову на подушку, я медленно выдохнула и стала изучать свой потолок.
– Я должна уйти.
– Перестань, скромница.
Очевидно, для него это всего лишь шутка.
– Я тебе не нужна, – заметила я.
Это правда, и она причиняла боль. Я с самого начала не хотела эту дурацкую должность ассистента, а теперь, когда со всем смирилась, то мне уже в ней отказывали. Все мое существование казалось бессмысленным. Вон ничего не сказал.
– Знаю. – Его голос раздался из ниоткуда, удивив меня. – Ты мне действительно нужна, только не для моей работы. – Он оскалил зубы, наконец-то взглянув на меня. – Счастлива?
– Что ты имеешь в виду? – Я села, протирая глаза.
