Не знаю, может здесь с таким деликатным вопросом, как минет, какие-то сложности, но я не могу представить девицу в мире Айфонов, чтобы в двадцать шесть лет не сосала член. Право, нонсенс!
Наконец она освоилась с этой нехитрой наукой и начала втягивать моего воина в себя все смелее и приятным причмокиванием.
— Я правильно делаю? — спросила она невнятно, не вынимая член изо рта.
— Очень хорошо, моя девочка, — я погладил ее растрепавшиеся волосы. — Давай я лягу, чтобы тебе было удобнее. Втягивай с себя глубже. Вытаскивай и работай язычком, дразни его.
Можешь лизнуть яички. Можешь зубками только очень осторожно. В общем, это очень творческий процесс. Чтобы получалось лучше, нужно делать чаще.
— Яички зубками? — в недоумении она даже вытащила член изо рта.
— Ни в коем случае! — предостерег я. — Только сам член и очень нежно. А главное просто энергичнее соси. Соси так, словно ты хочешь высосать из меня душу!
Я с блаженством возлег на подушки. Она, стоя на четвереньках, начала осваивать неведомое прежде творчество.
Мои наставления дали волшебный результат. Госпожа Вязина действительно делала это старательно и очень разнообразно. Прямо начинающая фея минета. Уже через пару минут, я заохал, чувствуя, как накатывает волна безумного кайфа. Леночка, вдохновленная моей реакцией, начала чмокать с еще большим азартом. Положив ладонь ей на затылок, я вошел поглубже и с победным рычанием кончил в ротик.
Конечно, она поперхнулась. Отползла чуть в сторону, глядя жалобными глазами на меня и плотно сомкнув губы.
Я догадался, что ее рот полон спермы и она перед серьезной дилеммой: проглотить ее или выплюнуть, тем самым нарушив белоснежную свежесть постели графа. Благоразумно выбрала первое.
— Иди ко мне, моя хорошая, — я привлек ее к себе. — Ты просто волшебница. Обещай, что останешься со мной до утра? — ее лицо, забрызганное спермой, выглядело так забавно. Мой палец, размазал потеки, рисуя Леночке жемчужно-белые усики. А бородка сама получилась.
— А вдруг ночью приедет Ирина Львовна? — она боялась прикоснуться ко мне испачканным лицом.
— Не приедет. К тому же я запру двери в свою комнату, — я вытер ее лицо краем простыни. Надо признать, в тщедушном теле сусла таился очень серьезный заряд семени. Еще бы: почти неделя воздержания при таких сладких дамах вокруг.
— Александр Петрович, — она все-таки положила голову мне на грудь и нерешительно спросила. — А вы первый раз такое делаете?
— Какое такое? — я погладил ее шелковистые волосы и нежную кожу спины.
