На редких свиданиях с Джулианой он был рассеян и задумчив, отвечал невпопад, а порой и вовсе не слышал вопросов.
Юле очень хотелось понять, что у него в голове. Но после того случая с поцелуем он будто нарочно держался на расстоянии. Ни одного лишнего взгляда или прикосновения. Только подчеркнутая чопорная вежливость.
– Я должен помнить о вашей репутации, – заявил он в ответ на ее попытки сблизиться. – Прошу, не усложняйте мою задачу, Джулиана. Вы даже не представляете, как мне трудно… сдержаться.
В тот раз он резко замолк и поспешно покинул ее.
Но от Юли не укрылось странное выражение, возникшее у него на лице, когда Дерек, прощаясь, поцеловал ее руку в перчатке.
Ей показалось, что он испытывал сильную боль.
“Может, его колено разболелось к дождю?” – гадала она, почесывая брачную вязь на руке.
Последнее время рисунок начал напоминать о себе легким зудом. Словно требовал поторопиться и завершить ритуал венчания так, как положено.
Когда Юля в очередной раз, задумавшись, задрала рукав и рассматривала черный узор, в комнату к ней вошла миссис Сабир.
"
"– Ох, значит, все очень серьезно! – старушка уставилась на рисунок, оплетающий запястье девушки. – Теперь понятно, почему его светлость перестал вас посещать. А я-то гадала, уж не поссорились ли вы с женихом!
– О чем вы?
Юля поспешно опустила рукав.
– Ни о чем, – тут же поправилась компаньонка, – забудьте. Не обращайте внимания на старую сплетницу! Кстати, ваше платье доставили. А вот башмачник тянет! Бал уже послезавтра!
Джулиана схватилась за голову, и разговор с миссис Сабир быстро забылся.
***
Подготовка к балу не отменяла ежедневных школьных забот. К счастью, все шло своим чередом без особых происшествий.
Слуги занимались повседневными делами. За каждым лакеем ходил мальчик в жилете, а за каждой горничной – девочка в переднике и чепце. Все ученики были аккуратно причесаны и с чистыми ногтями – за этим Юля строго следила. Дети учились накрывать на стол, смахивать пыль с хрупких безделушек, чистить камины и протирать стекла.
Конечно, поначалу ничего ни у кого не получалось, и от этого ученики нервничали. Обижались, ругались, дулись и даже дрались.
Пришлось директрисе ввести строгое правило: все разборки проходят на улице! Там и кричать стыдно – соседи увидят, и есть место потопать ногами, высказывая противнику все, что о нем думаешь.
Девочки это правило соблюдали, а вот мальчишки… С ними было сложнее.
В последнюю неделю августа в школу привезли очередную партию детей.
