– Прости, что меня не было. – Я потянулась к его руке, но он отдернул ее.
– Не за что прощать. Ты спасла нас.
– Нас спасла моя мать. – У меня надломился голос. – Она заставила Слоун высосать и направить в камень чар силу Аймсира и свою жизненную энергию. Ее больше нет.
Ксейден медленно закрыл глаза.
– Ужасно жаль.
– Она убила твоего отца. Чего тебе жалеть? – Я утерла очередную сбежавшую слезинку.
– Я не желал ее смерти, – сказал он тихо. – Я не могу желать смерти тем, кого ты любишь.
Воцарилась тишина, и вовсе не уютная.
– Мельгрен хочет, чтобы мы вернулись, – подкинула я очередную безопасную тему для разговора, добиваясь реакции – любой реакции.
– Тогда вернемся. – Ксейден кивнул. – Чары Аретии уже слабеют, а здешние целехоньки. О них ты мне еще расскажешь, да?
Его взгляд тронул меня, но тут же сбежал, будто на меня было больно смотреть.
– Расскажу, – пообещала я.
– Хорошо. – Он снова кивнул. – Здесь тебе безопаснее. Здесь наше место. – Он с трудом вздохнул, потом рассмеялся.
– Под защитой полноценных чар тебе нечего будет бояться.
Я нахмурилась:
– Я только что сражалась с целой армией виверн и темными колдунами, поставила чары, потеряла мать. Прошу, скажи, что может быть страшнее?
– Ты любишь меня? – прошептал Ксейден.
– Ты же знаешь, что люблю. – Я взяла его за руку, и у меня внутри все скрутило узлами, когда он повернулся ко мне, но опустил глаза. – Что он тебе сказал? Что ты увидел? Чего я должна бояться, Ксейден?
Что могло его так потрясти?
Ксейден медленно, через силу поднял взгляд по моему телу и наконец посмотрел мне в глаза.
И тогда я вскрикнула, машинально сжав его руку.
Нет. Только это я могла думать, чувствовать, внутренне кричать, уставившись на человека, которого так безнадежно любила.
– Меня, – прошептал он, а его ониксовую радужку с золотыми пылинками обрамляло слабое, почти незаметное красное свечение. – Ты должна бояться меня.
Глава 66
Мы перепробовали все известные нам методы, как вы и просили.
Лекарства нет. Только контроль.
Депеша подполковника Нолона Колберси генералу Лилит СорренгейлКсейден
Каждая нота ужаса в мысленной песне Сгаэль играла у меня на спине, когда я завис в нескольких футах над полем боя, – мышцы оцепенели, сила бесполезно металась внутри меня. Даже если он отпустил бы меня, я сомневался, что мне хватило бы сил на магию. Он изнурил меня просто, сука, играючи.
Я не мог и надеяться с ним тягаться. Никто из нас.
