* * *В ночном небе по-прежнему мерцали звезды, когда мы с Ксейденом одевались в относительной тишине моей комнаты. Оказалось, оставшиеся кадеты и вправду оставили нетронутыми все комнаты, кроме спален командиров крыльев, словно мы еще могли одуматься и вернуться.
Последние несколько часов были в лучшем случае наполнены отрывистыми снами и оставили меня вовсе не на пике формы и с легким головокружением. Но зато меня хотя бы не терзали кошмары.
А может, просто унялось воображение.
Ксейден целовал мою спину, не оставляя ни дюйма нетронутой кожи, надевая броню поверх перевязи на теле, стягивающей больной сустав.
Мои глаза сами собой закрылись, когда он дошел до ягодиц, и страсть, которую он более чем насытил вчера ночью, вспыхнула заново, румяня кожу.
Достаточно пары простых поцелуев – и мое тело мгновенно готово к его любви.
– Продолжай в том же духе – и будешь уже не надевать это, а снимать, – предупредила я, глянув через плечо.
– Это угроза или обещание? – Глаза Ксейдена потемнели, когда он встал и затянул шнурки, спрятав их концы, чтобы не болтались.
– Потому что я без проблем проведу наши последние тихие минуты этого утра в твоих объятиях.
Он скользнул рукой по изгибу моего бедра, вставая передо мной, провел пальцами по поясу моих летных доспехов, потом опустил их между пуговицами и животом.
Мы не могли спрятаться и сделать вид, будто войны нет. Не могли забыть о более чем десятке неуничтоженных – или даже ненайденных – маяков, когда хватило и одного, чтобы привести вэйнителей в Рессон; а мы нашли всего половину тех, что Джек разложил по академии.
Мы не могли отрицать, что последние отчеты всадников из срединных фортов на маршруте из Сэмарры, тех, кто не побоялся остаться, говорили об одном: нападение неминуемо в следующие пару часов. Но, боги, как же мне хотелось."
"– Нельзя. – Слова насыщало сожаление, и все же я не удержалась и обхватила шею Ксейдена руками. – Хоть мне бы очень хотелось запереться, чтобы весь мир горел без нас.
– Это можно. – Он поднял руку к моему затылку и притянул к себе, пока наши тела не соприкоснулись, не прижались плотно друг к другу – от груди до голеней.
– Скажи только слово – и мы улетим.
Я уставилась в его глаза, замечая каждую золотую пылинку на случай, если больше шанса не будет.
– Ты не сможешь жить дальше, если мы бросим друзей.
– Возможно. – Его лоб нахмурился меньше чем на секунду – так быстро, что я с трудом заметила, и тут же разгладился, – и тут он придвинулся ко мне.
