Мое колено протестовало с каждым шагом, угрожая подогнуться на каждой ступеньке, на которую я ступала, но повязка удерживала его на месте, пока я хромала вперед, проводя рукой по грубому камню с обеих сторон лестницы.
– И ведь это совершенно бесполезно, – Ри покачала головой, – просто еще один способ отсеять слабых или, что еще хуже, неудачливых.
– Это не так.
Как бы мне ни хотелось это признавать, Полоса играла свою роль.
– Серьезно? – Ри добралась до конца лестницы и теперь поджидала меня.
– Серьезно. – Я вышла на летное поле.
– Полоса заставила меня взглянуть на все под другим углом. Я не могла пройти ее тем же способом, как ты, как все остальные, и мне пришлось хорошенько подумать. Полоса научила меня, что я могу найти другой путь и все равно выжить. – Внезапно в памяти всплыл эпизод, как я на спине Тэйрна сражалась с тем вэйнителем, и моя рука сжала пустой воздух, словно по-прежнему держала тот кинжал."
"– Я просто не считаю, что Полоса стоит потерянных тут жизней. Бо́льшая часть того, что тут происходит, не стоит того.
– Это не так, – тихо возразила я.
– Как ты можешь такое говорить? – Ри остановилась и повернулась ко мне. – Ты же была здесь, когда упала Аурелия. Может, в глубине души ты думаешь, что она стала бы обузой для крыла, если бы дожила до Молотьбы? Да она была потомственной всадницей!
Я взглянула на усыпанное звездами небо, сделала глубокий вдох и только потом посмотрела на Рианнон.
– Нет, конечно нет. Я считаю, что из нее получилась бы просто невероятная всадница.
Куда лучше меня, уж в этом сомнений нет. Но я также знаю, что… – Я не смогла произнести следующие слова. Они застряли в горле, удерживаемые воспоминанием о том, как широко распахнулись глаза Аурелии за секунду до падения.
– Как бы я хотела, чтобы ты хотя бы раз произнесла то, что думаешь. Я совсем перестала тебя понимать.
– Ты не хочешь этого знать. – С самого своего возвращения я не была с ней более откровенной.
– Очень хочу, Вайолет! Здесь только мы. Поговори со мной!
– Поговорить с тобой, – повторила я, словно все было так просто, и почувствовала, как внутри меня что-то треснуло под весом наших общих разочарований.
– Ну, как скажешь. Да, это ужасно, что Аурелия упала. Что она умерла. Но я считаю, что я стала лучшей всадницей, проведя здесь это время, увидев ее смерть и поняв, что если я не заставлю собственную задницу двигаться, то стану следующей.
– Это… ужасно. – Рианнон уставилась на меня так, словно видела впервые в жизни.
