Здесь и Анька, и Ленка, да и малышу будет лучше. Не заметила, как дошла. Уже хотела перейти дорогу, как меня грубо взяли за руку и потащили куда-то в другую сторону.
Панический ужас сковал тело. Хотелось кричать, но я всё никак не могла заставить себя сделать это. В нескольких шагах меня остановили, и только тут смогла развернуться и увидеть того, кто так грубо толкал меня в переулок между домами.
— Ну, привет, жёнушка, — Лёша смотрел на меня с презрительной ухмылкой. — Поговорим?
Глава 24
Красные глаза, горящие ненавистью, опухшее лицо, пожелтевшие зубы и посеревший цвет кожи — таким Лёшу я ещё не видела.
В эту минуту поняла, что он явно пришёл не поговорить, и уже его боялась. Нет, он никогда не поднимал на меня руку, но то был прежний Лёша. Да, далёк от идеала, но и не такой, каким я его видела в данный момент.
— Что? Страшно? А вот и правильно! Бойся, сука, потому что шалав не прощают, поняла?
И вот что отвечать? Я просто оцепенела, моля бога, чтобы какой-то прохожий это всё увидел и остановил его.
Невольно прижала руки к животу и это, видимо, взбесило его ещё больше. Лёша намотал мои волосы на кулак и дёрнул к себе.
— Носишь его ублюдка, да? А мне рожать не хотела, сука. Таблетки глотала, тварь, — он буквально выплюнул последнее слово, больно дёрнув меня на себя.
— Перестань, пожалуйста, Лёша.
Пыталась вразумить его, поговорить, но казалось, что это ещё больше раззадорило его.
— Мне терять нечего, слышишь? Я и так потерял всё, что можно. Тебя, суку такую, работу, признание, друзей. Только Игорёк остался и всё, да и тот такой же обманутый.
Лёша замахнулся, а я невольно прикрыла глаза и отшатнулась, когда услышала голос Артура:
— Отпустил её.
— Оп-па! — Лёша весело хохотнул. — А вот и дружок нарисовался. Что? Рога наставил и доволен, да?
Долго ждать Артур не стал. Решительным шагом направился к нам, оттянул Лёшу от меня и заехал ему по челюсти. Я медленно сползла по стенке на пол. Никогда бы не подумала, что мой бывший муж сможет опуститься до такого.
— Артур, хватит, — стала подниматься, понимая, что Артур слишком увлёкся.
Лёша даже не отвечал ему на удары, просто закрыл лицо и скрючился в позу эмбриона. — Артууур, — позвала, когда поняла, что он меня не слышит.
Обернулся и мне на мгновение стало страшно. В его взгляде горела ненависть, проникающая глубоко под кожу. В эту минуту даже порадовалась, что она направлена не на меня.
— Прости, — он двинулся ко мне, притянул к себе и крепко обнял.
— Эй, — стукнула его по спине, — задушишь.
