– Мама родилась в Коннектикуте, но ненавидит любые напоминания о своем прошлом. По ее мнению, жизнь началась только тогда, когда она поступила в Университет штата Миссисипи. С первого курса она пыталась избавиться от своего северного происхождения. Правда маа-маа вряд ли когда-нибудь позволит папе забыть о том, что он женился на янки.
Гидеон хлопает по свободному месту между нами.
– Ждешь еще кого-то?
– Нет. Я и тебя не ждала.
Я подвигаюсь ближе и прижимаюсь к нему. Он подкладывает руку под мою шею, и моя голова ложится в небольшую ямку под его ключицей.
Тепло его тела так и манит прижаться к нему еще сильнее. Гидеон обнимает меня за талию.
– Я не мог не приехать.
Мне приятно это слышать. Лежа в его объятиях, я удивляюсь, почему вообще так встревожилась. Гидеон любит меня. Я знаю это. Он не обнимал бы меня вот так, если бы не любил.
– Но почему ты не воспользовался входной дверью? – спрашиваю, стараясь придать своему голосу непринужденность. Хотя мое сердце поет от радости.
– Ну, это скучно.
– И то правда.
– Но мне все равно не по себе. Почему он не постучал в дверь? Он хотел спрятаться от моих родителей? – Мама с папой любят тебя, ты и сам знаешь. Они не против, чтобы ты приходил.
Гидеон пожимает плечами. Я чувствую, как двигается под моей головой его рука.
– Да, знаю, но тогда мне пришлось бы изображать из себя хорошего мальчика. Пить сладкий чай с твоей мамой. Слушать дурацкие шутки твоего папы про то, что он предложил бы мне чего-нибудь покрепче, но я еще несовершеннолетний. Потом они стали бы расспрашивать меня про моих родителей, почему они давно нигде не бывают.
Я приехал ради тебя, а не для этого.
Я понимаю его. Правда. Мои родители действительно могут утомить своими беседами, и мне незачем принимать близко к сердцу то, что он не хочет вести с ними светские беседы. Бывший парень Шии послушно делал все, что так не нравится Гидеону, а в конце концов оказался тем еще подонком.
– Хочешь, посмотрим какой-нибудь спортивный канал? – предлагаю я.
– Не. – Но он все равно берет пульт с тумбочки и включает телевизор.
Идут «Настоящие домохозяйки из Беверли-Хиллз».
Я съеживаюсь, всем сердцем желая, чтобы телевизор включился на чем-то поумнее банального реалити-шоу, покруче, чем ссоры богатых женщин с женщинами, которые притворяются богатыми.
Но вдруг Гидеон говорит:
– Лично мне нравится команда из Нью-Йорка.
Я поднимаюсь на локте и изумленно смотрю на него.
– Правда?
– Да, мне нравится та худая девица. Она умная.
– Но немного грубоватая.
