Лео с мисс Дарвин сделали безупречный пируэт, Беатрикс проводила их задумчивым взглядом голубых глаз.
— Я не назвала бы ее очаровательной…
— Я не вижу в ней ни одного изъяна.
— А я вижу. У нее узловатые локти.
Поправив очки, Кэтрин пригляделась внимательнее и решила, что Беатрикс, возможно, права. Локти действительно были немного узловаты.
— Верно, — подтвердила она с чувством легкого облегчения. — Да и шея вроде бы чуточку длинновата, не правда ли?
— Настоящая жирафа, — с жаром кивнула Беатрикс. Кэтрин прищурилась, стараясь разглядеть выражение лица Лео — заметил ли он чудовищно длинную шею мисс Дарвин, — однако тот, похоже, оставался в неведении.
— Кажется, ваш брат не на шутку увлечен ею, — пробормотала она.
— Уверена, это не более чем простая вежливость.
— Лорд Рамзи никогда не бывает вежлив.
— Бывает, когда ему что-нибудь нужно, — не согласилась Беатрикс.
Ее замечание повергло Кэтрин в еще большее уныние. Ответ на вопрос, чего хочет Лео от темноволосой красавицы, к несчастью, легко угадывался.
Молодой джентльмен пригласил Беатрикс на танец, и Кэтрин дала согласие.
Вздохнув, она прислонилась к стене и погрузилась в свои мысли.
Бал определенно удался. Гости наслаждались чудесной музыкой и изысканными закусками, в вечернем воздухе не ощущалось ни холода, ни духоты.
Одна лишь Кэтрин чувствовала себя несчастной.
Нет, как бы там ни было, она не собиралась рассыпаться на крошки, будто сухая булочка. Изобразив любезную улыбку, она повернулась и заговорила с парочкой пожилых женщин, стоявших рядом.
Они вели оживленную беседу, сравнивая достоинства петельчатого и стебельчатого стежков в вышивании шерстью по канве. Кэтрин стояла, сжав руки в перчатках, стараясь внимательно слушать рассуждения матрон.
— Мисс Маркс. — Услышав знакомый мужской голос, она обернулась. Перед ней стоял Лео, восхитительно красивый в строгом черно-белом вечернем костюме. Его голубые глаза лукаво сверкали. — Вы окажете мне честь? — Он жестом указал на танцующие пары. Лео пригласил ее на танец, как и обещал.
Поймав на себе любопытные взгляды доброй половины собравшихся в гостиной мужчин и женщин, Кэтрин побледнела. Одно дело, когда хозяин дома коротко обменивается парой слов с компаньонкой своей сестры, и совсем другое — когда он приглашает ее на вальс. Лео это знал, но ему было решительно все равно.
— Уйдите, — свистящим шепотом прошипела Кэтрин, пытаясь унять бешено бьющееся сердце.
Легкая улыбка тронула губы Лео.
— Не могу. На нас смотрят.
