— Нет, милая, подождите. Довольно. — Он нежно притянул ее к себе.
Движения его стали более настойчивыми, властными, и Кэтрин безмолвно повиновалась. Странно, как легко Лео удалось подчинить ее себе, ведь несколько лет они были непримиримыми врагами. Он мягко развел рукой ее бедра, и Кэтрин почувствовала, как тело ее сочится влагой. Пальцы Лео легли на ее лоно, раздвигая золотистые завитки волос. Кэтрин запрокинула голову и сомкнула веки, дыхание ее замедлилось.
У Лео вырвался вздох блаженства. Голова его склонилась к груди Кэтрин, зубы чуть сдавили сосок, язык скользнул по нежной коже.
Тело девушки выгнулось; упоительный ритм ласкающих пальцев, губ, языка Лео отдавался в ней сладкой дрожью, все нарастая, пока бурлящая волна блаженства не подхватила ее, вознося к неведомым вершинам. Кэтрин вскрикнула, уступая этой безудержной, неукротимой силе… а после безвольно поникла, слабая и трепещущая.
Лео поднял голову и, тяжело дыша, посмотрел в лицо Кэтрин. Вскинув руки, она притянула его к себе, готовая слиться с ним воедино.
В первое мгновение ее обожгла острая боль. Лео замер, губы его нежно коснулись ее век, щек, горла.
Это мгновение полного единения ошеломило Кэтрин. Ладони ее скользнули по гладкой спине Лео. Тихо шепча его имя, она теснее прижалась к нему, безмолвно умоляя не останавливаться. Его тело медленно двинулось, пронзая ее плоть, причиняя боль и вместе с тем неся странное умиротворение.
Кэтрин закрыла глаза, наслаждаясь тихими стонами и сбивчивым шепотом Лео, его хриплым прерывистым дыханием.
Ее бедра приподнимались сами собой, навстречу его выпадам, раскрывались, принимая в себя скользкую тугую плоть. Колени Кэтрин согнулись, ноги обвились вокруг талии Лео. Тело его вздрогнуло, из горла вырвался звук, похожий на крик боли.
— Кэт… Кэт… — Он резко отстранился и рухнул плашмя, накрыв собой Кэтрин. Она ощутила, как на живот ей изливается горячая влага. Лео крепко обнял девушку, уткнувшись лицом в нежную впадинку у шеи.
Они лежали обнявшись, пытаясь выровнять дыхание. Тело Кэтрин безвольно обмякло, руки и ноги отяжелели.
Истома медленно разливалась, заполняя все ее существо, словно вода сухую губку. Все тревоги отступили, сменившись покоем и безмятежностью.
— Это правда, — сонно пробормотала Кэтрин. — У вас настоящий дар.
Лео тяжело перекатился на бок, словно малейшее движение давалось ему с трудом. Он прижался губами к ее плечу, и Кэтрин почувствовала, что он улыбается.
— Вы восхитительны, — шепнул он. — Казалось, я обнимаю ангела.
