Они кружили вокруг, оставляя на земле лишь легкую пыль вместо четких следов – настолько они были быстры.
Врубаясь в друг друга с первобытный яростью, осыпали искрами стали плечи и руки, а те возносились к небу и превращались в молнии. Синюю и черную, которые сплетались в неистовом танце двух рвущих друг друга драконов.
А в центре буйства стали, крови, мечей, ярости и красок, сидел старец. Он перебирал пальцами струны лютни и пел свою песню. То печальную, то грозную, то спокойную, то яростную, как битва, за которой он наблюдал.
– А-А-А-А! –закричал Хаджар."
"Он резко остановился, крутанул корпусом, отбивая меч противника и, перехватывая свой собственный, двигаясь спиной вперед, ударил клинком себе под левый бок.
– Десять тысяч?! Мальчишка, ты сошел с ума.
– Для вас это пустяк.
За дверью послышались ругательства, а затем незнакомый голос попросил написать номер счета. В современном мире, не как раньше, свои счета были даже у подростков – появлялись непосредственно с покупкой телефона.
Дверь в его каморку отворилась. На пороге стоял высокий, тучноватый мужчина. За его спиной коварно улыбался тот самый коренастый паренек. Он, повторив свой красноречивый жест с пальцем у горла, прикрыл дверь и, судя по звуку, встал на стреме.
– Не то, что я люблю, – проворчал мужчина. – но, для разнообразия…
Он начал идти к нему, на ходу расстегивая пояс и стягивая штаны.
Да неужели? Неужели в этом мире есть такой монстр и извращенец одновременно, который смог бы изнасиловать его.
Скрюченного, скукоженного инвалида.
Ну, пусть ублюдок подойдет поближе…
Когда мужчина оказался на расстоянии вытянутой руки, он рванул вперед и все тот же тюбик зубной пасты, превращенный в опасное оружие, вонзился в бедро монстру.
Тот закричал, только не от боли, а от испуга. Странно, но люди почему-то боятся, таких как он.
Ублюдок отвесил ему такую сильную пощечину, что голова дернулась и врезалась в стену. Судя по звуку – потекла кровь.
– Гребанный уродец, – прорычал мужчина.
Мужчина поднял спущенный штаны, затянул пояс и, хромая, вышел вон из коморки. С той стороны двери послышалась ругань.
Он, за все это время, так и не выпустил своего оружия из руки. Пока у него есть чем сражаться – он все преодолеет. Он всех переживет.
– Держись, дружище! – Эйнен, сквозь пески, бежал на помощь Хаджару, в одиночку сражавшемуся против дюжины разбойников-бедуинов.
Буквально прыгая на головы врагам, островитянин закрутил свой шест-копье.
