А прямо за болотом, над туманом возвышались крыши трех-четырех-пятиэтажных зданий, над которыми мрачным, расплывчатым, нереальным призраком нависли гигантские антенны загоризонтной РЛС, которых на этом участке Зоны просто не могло быть…
Я зажмурился, мотнул головой…
Нет, призрак города, плавающий в густом тумане, не исчез. Наоборот, первые тусклые лучи восходящего солнца слегка позолотили крыши, и я смог рассмотреть пустые, черные, слепые окна верхних этажей.
Итак, Касси оказалась права. Посреди леса, сразу за болотом раскинулся легендарный Чернобыль-2.
Вернее, проекция реального города на данную точку пространства. Я был более чем уверен, что за моей спиной, в пяти километрах отсюда, в тени гигантских антенн стоит себе безлюдный городок, построенный много лет назад для военных, несущих боевое дежурство на ЗГРЛС. А то, что находится прямо передо мной, не что иное, как мираж, отражение реального города…
Но отражение – реальное. Воспроизведенное Зоной по образу и подобию настоящего городка, так же, как лепит она реконструкции по скелету живых людей, похороненных в Зоне.
И потом таскаются эти реконструкции по зараженной земле, пугая живых – и порой пожирая их, если живой рискнет подойти поближе…
Тут же вспомнились мне слова одного лесника, знающего о Чернобыле-2 больше других:
«Город-призрак меняется от Выброса к Выбросу. Больно много крови в нем пролилось, и жители его на нее теперь особый нюх имеют. С открытыми ранами лучше туда не соваться. Запах крови для его жителей словно красная тряпка для быка».
Твою душу… А у меня плечо-то располосованное совсем недавно зашито, рукой шевелить реально больно. И куртка вся в крови – и в моей, и не в моей. Подсохшей, конечно, но если в городе помимо шайки двухголового до сих пор обретаются те призраки-кровопийцы, что я встретил там однажды, то мне точно несдобровать.
В прошлый раз, когда я шел через этот, а, может, и через другой город-призрак, меня, похоже, спасла от них сама Зона. И далеко не факт, что она сделает это снова.
Лесник говорил, что Чернобыль-2 меняется от Выброса к Выбросу, и ктулху его знает, что ждет меня за этой полосой неестественно-густого тумана.
Удивительно, но когда я подошел ближе, то разглядел, что теперь нет нужды обходить Болото Покинутого пути. От него остались лишь совершенно сухие пучки камыша, да тонкая зеленая пленка на месте полностью высохшей трясины. Город-призрак, гигантская аномалия, похоже, полностью уничтожила аномалию более слабую.
