— Да так, решила лично убедиться, что мой муж не скучает и уже нашел мне замену.
— Убедилась? Теперь вперед, на историческую родину.
— Я пока еще твоя жена. И я хочу быть рядом с мужем.
Жанна ведет себя как особа, уверенная в своей правоте. Но меня это никак не волнует. Пусть ведет себя как хочет, ко мне это больше не имеет никакого отношения.
Переплетаю руки на груди.
— А я не хочу, — и не давая ей опомниться, продолжаю: — Уезжай, Жанна. Лучше по хорошему уезжай, пока я не дал приказ охране выпроводить тебя силой.
— На каком основании? — голос почти бывшей жены звучит недоверчиво.
— На основании закона о частной собственности. Ты находишься на чужой территории, и охрана фабрики имеет право выкинуть отсюда прямо сейчас.
Лицо Жанны приобретает насмешливое выражение.
— Я подам на раздел имущества и получу половину этой гребаной фабрики, Дамир! — она пренебрежительно поводит плечом.
— Не получишь, — опираюсь обеими руками в стол, — ты ни цента с нее не получишь, Жанна. Ни с нее, ни с одного из моих проектов.
— Это как? — она больше не ухмыляется, скорее, нервничает. Знает, что я не стану говорить только чтобы сказать.
— Очень просто. Фабрику купила компания. И не только фабрику, к твоему сведению. Учредитель и конечный бенефициар компании мой отец. Разумеется, когда мы с тобой разведемся, он передаст все активы мне.
Жанна бледнеет и обессиленно роняет руки. Поднимает голову и смотрит протяжным с поволокой взглядом.
— Ты не можешь так со мной поступить. С нами…
— Хватит, — морщу лоб, — я это уже слышал.
— Дамир, — Жанна вновь меняет стратегию и возвращается к привычному шантажу, — ты серьезно хочешь оставить меня ни с чем после того, как я столько лет терпела твои измены…
— Тебя никто не заставлял их терпеть, — перебиваю я. — Тебя и замуж за меня никто не заставлял выходить.
— А ребенок? Как же наш малыш? Ты о нем забыл?"
"— Мне следовало убедиться, что он мой, тут я провтыкал, — соглашаюсь с ней. — И знаешь что, дорогая? Чем больше я думаю, тем больше сомневаюсь, что все произошло случайно.
Ты нарочно спровоцировала Ясмину, только немного не рассчитала. Ты знала, как именно лучше стать, чтобы выгодно смотреться на камере. Твой визит в наш дом от начала и до конца сплошная провокация и постановка.
— Как ты можешь так говорить, Дамир? — ахает Жанна. — Ты смеешь утверждать, что я убила своего ребенка?
— Почему нет? — пожимаю плечами. — Если он был мой, конечно, тебе выгодно было его оставить. Но если не мой… Ты со всех сторон в выигрыше.
