— Давайте я, — приподнялся Ваня, но Ириша тут же завозилась и крепко вцепилась в его футболку ручной.
— Лежи уже, — махнул рукой Борис Иванович. — Я и сам справлюсь.
Через пару минут я уже лежала на довольно удобной кровати. Я видела дочь, могла дотянуться рукой, чтобы проверить ее лоб. Похоже, все было продумано в комнате Ириши.
Я вставала еще несколько раз, приносила лекарство. Вместе с Ваней мы обтирали кроху теплой водой. Лишь к рассвету малышке стало немного лучше, и мы все уснули.
Проснулась я от тихого голоса Егора Викторовича.
Доктор еще раз осмотрел Иришу, сказал, что все идет как и должно. Нужно только потерпеть.
— Лечитесь, вечером я заеду к вам. Если что звоните. Постараюсь всегда быть на связи, — заверил мужчина и вышел.
Я быстро сходила в душ, переоделась. Когда я вернулась, с Иришей сидел уже Рома. Он читал крохе одну из ее любимых книг. Ириша дремала. Но стоило Роме замолчать, как послышалось требовательное:
— Ищё. Ёма, дальсе, — прохрипела малышка и звонко чихнула.
— Будь здорова, солнышко, — раздалось с порога.
— Па? — тут же открыла глаза Иришка, окинула его костюм на тысячу баксов и выдала: — Не уади!
— Малышка, но мне нужно на работу. Дяди без меня не смогут, — попытался отвертеться муж, но услышал категоричное:
— Не уади! — со знакомой интонацией Чаровских выдала кроха и протянула к отцу ручку.
— И что мне делать? — прошептал через четверть часа Иван, так и сидевший около дочки на собранном кресле-кровати.
Я промолчала. Что я могла сказать? Я продолжала сидеть на постели Ириши, держа в руках книгу, что еще недавно читал Рома.
— Остаться дома, — хмыкнул младший Чаровский.
— У меня сегодня встреча с Черновым, — посмотрел Иван на брата.
— И чего ему надо? Решил повиниться за то, что подослал к тебе шпионов? Не верю я Чернову, — мрачно проговорил Роман.
— А я, думаешь, верю? Нет. Но и оставить без внимания его просьбу не могу. Слишком крупная фигура в банковском деле.
— Па, не уади, — опять попросила Иришка, на этот раз добавляя контрольный выстрел слезами.
— Хорошо, солнышко. Папа никуда не пойдет сегодня, — пообещал муж, тронутый влажными дорожками на щеках крохи. — Но ты же отпустишь меня поработать? Я буду на первом этаже в кабинете, — уговаривал Ваня нашу врединку, и та кажется смягчилась.
— Ма? — перевела Ириша на меня взгляд, спрашивая совета.
— Малышка, папе надо поработать. Он у нас с тобой большая… — “шишка” хотела я сказать, но вовремя исправилась. — Большой начальник.
