Но много позже Павел Несторович узнал, что причина его ухода была совсем иной – перспективный капитан приторговывал оружием со склада и жил безбедно, не вспоминая о причитающихся пайковых. Его счет в одном из московских банков разбухал как на дрожжах. Удача отвернулась от него в тот черный день, когда банк лопнул, а его председатель, упаковав чемоданы, перебрался в одну из альпийских стран. Именно тогда озлобившийся на весь свет Гришин признался, что за хорошие бабки из офицера танковых войск охотно переквалифицировался бы в профессионального киллера.
Причем сказано это было настолько серьезно, что сомневаться в его словах Гордеев не посмел. Словно иллюстрируя свои слова, Гришин отодвинул кружку с пивом в сторону и, выставив вперед указательный палец, прицелился в мирную троицу мужичков, решивших завершить пиво бутылочкой «Столичной».
Гришин не посмеет отказать ему в маленькой просьбе, тем более если она будет подкреплена значительным количеством «зелени». Непременно нужно намекнуть на то, что он, Гордеев, не позабыл рассказов приятеля о том, как в офицерскую бытность тот приторговывал гранатометами.
Данный фактик биографии будет только способствовать точности огня.
Павла Несторовича тяготила опека Николая Радченко. Он устал от него. Неравная дружба очень напоминает неравный брак – никогда не знаешь, что может выкинуть «обожаемая половина». Общение мэра с бандитом становилось чрезвычайно опасным.
Глава 23. НЕ ПУГАЙ, НЕ СТРАШНО!
А Колян начинал понимать, что ему уже тесно в родном городе.
Осознание подобного факта пришло неожиданно. Такое случается, когда после долгого отсутствия заглядываешь в свой старенький дворик, где когда-то провел детство, и понимаешь, что он не настолько большой, как казалось, а соседские старушки, выполнявшие ранее роль грозных надзирательниц, теперь вызывают только снисходительную улыбку. Радченко понимал, что вполне сможет «переварить» не только город, но и целый регион. Месяц назад он отправил своих эмиссаров в десяток близлежащих городов, чтобы они присмотрели новые территории для захвата.
Уже через неделю вернулось четыре бригады. Не скрывая торжества в глазах, глава посланцев – Хорек – сообщил Коляну:"
"– Рогов наш. Оказывается, по всей Сибири о нас слава идет. Уважа-а-ют нас. Едва я сказал, кто за нами стоит, как роговские братки ко мне чуть ли не на брюхе поползли:.
– Там одни хмыри болотные, с ними и разговаривать нечего. Оставить там одну бригаду, пусть собирают деньги со всех точек.
