Осипенко спросил:
– Что случилось?
– Немецкий сторожевик.
– Далеко?
– В десяти кабельтовых западнее острова.
– Скорость?
– Пятнадцать узлов. Не успеем погрузиться.
– Подготовиться к торпедной атаке из кормовых аппаратов. Атака с дистанции пять кабельтовых, две торпеды, глубина хода один метр.
– С надводного положения вряд ли попадем, а вот он влепит нам торпеду прямо в борт.
– Выполнять приказ!
Но моряки боевой части явно не успевали.
Командир нервно ждал.
И тут вновь крикнул старший помощник:
– Справа по курсу к сторожевику идет рыболовецкий катер.
Шелестов крикнул:
– Матис!
– Похоже, он.
– Но у него скорость – всего шесть узлов.
– Он идет на сторожевик. По катеру открыло огонь палубное орудие. Попадание, второе, но катер держит скорость, и немец, судя по всему, жив, судно уклонилось ближе к нам.
Члены экипажа минно-торпедной боевой части доложили, что кормовые аппараты приведены к бою.
Но стрелять подводникам не пришлось.
На скорости в шесть узлов катер Матиса врезался в борт сторожевого корабля.
От удара сторожевик развернуло градусов на сорок, а затем произошло то, чего никто не ожидал, – мощный взрыв прогремел на немецком корабле. Все окуталось черным дымом.
– Что произошло? – спросил Шелестов."
"– Твой друг, майор, похоже, попал носом своего катера в арсенал. От удара сдетонировали боеприпасы. Пока ничего не видно за дымом.
Когда черную завесу снесло в сторону, на поверхности не было ни немецкого сторожевика, ни катера Леона Матиса. Только обломки конструкций, барахтающиеся в холодной воде люди и разлившееся по поверхности черное пятно.
– Вот тебе и немец, – проговорил Шелестов.
– Да, – только и смог сказать командир лодки. – Погружение!
Подводная лодка ушла на глубину и взяла курс на северо-восток.
В Кронштадте группу встречал сам старший майор Платов. Этого бойцы Шелестова никак не ожидали. Все же лететь сюда было делом опасным. Но сегодня на причале Шелестов увидел «ЗиС-101» местного командования и стоявшего рядом с автомобилем старшего майора государственной безопасности.
К лодке подъехали грузовики, подошла рота красноармейцев. Командовал ими бравый капитан.
Шелестов поправил обмундирование и двинулся к начальнику на доклад:
– Товарищ старший майор госбезопасности…
Начальник IV управления НКВД махнул рукой:
– Оставь это, Максим. Дай я тебя обниму.
Они обнялись. Следом старший майор обнял Буторина и Когана, хотел обнять и Сосновского, но помешала эсэсовская форма.
