Акиль жестами попросил показать обводящий удар, который продемонстрировал Дарк во время тренировочного боя. Тот не стал изображать непонимание и показал – сначала медленно, потом показал в движении. Кожаный, войдя, внимательно осмотрел, что все делают, и стал обходить гладиаторов, кого-то поправлял, кого-то начинал ругать или хвалить. Ни к Дарку, ни к Акилю не подошел.
В обед кормили кашей и какими-то сочными фруктами, Дарку они очень понравились, потом был отдых и снова тренировки. Он стал пытаться заучивать слова, чтобы не быть немым телком, а хоть как-то уметь объясняться с окружающими.
Надо все выяснить, долго тут он не собирался оставаться, а чтобы бежать, надо знать как и куда, и знание языка в этом случае играет не последнюю роль.
Через несколько дней он узнал, что скоро будет праздник и все готовятся и тренируются. В течение нескольких дней будут очень большие игры, и на них будет сам эмир Ильхан II. Их школа тоже выставит десяток гладиаторов и в общей схватке, и в единичных поединках.
Еще в разговоре он узнал, что в этот праздник с арены можно уйти свободным, надо только удивить эмира. Как и что – больше никто ничего не знал, так как на памяти этих этого не происходило. Но Дарку эта новость запала в память, и он решил попытаться привлечь внимание правителя эмирата.
Дни потянулись монотонные, еда и тренировки, но Дарк усиленно тренировался, он прекрасно понимал, что это поможет ему сохранить жизнь. Вечерами он вспоминал все, чему учил его сержант, а на следующий день это отрабатывал.
Он вспоминал все грязные приемы, которым его обучали, переходы из одной фехтовальной школы в другую, он вспоминал все, что знал, тренировался и тренировался."
"Наконец их посадили в зарешеченные клетки в повозках и повезли в столицу, где и должны были проходить игры. Ехали все гладиаторы, но в первый день выступать будет только десяток, а в индивидуальных боях все остальные. Но индивидуальные бои надо еще заслужить: только школы, занявшие с первого по четвертые места, могут в них участвовать.
Дарк с интересом разглядывал происходящее вокруг и удивлялся. У них тоже в королевстве, как в Боларе, так и в Кармине, были бедные и нищие, но такой сплошной нищеты он еще не видел. И это столица – лачуги, лачуги и возившиеся возле них полуголые дети и взрослые, вонь, грязь и пыль, «ароматы» испражнений и гнили.
Но вот они въехали в Белый город.
