– Пусть только не примут орденоносца, королеве пожалуюсь!
– А ты, Тубор?
– Пока не знаю. Если честно, хочется быстрей домой, подарок Евгенике у меня есть, – улыбаясь, проговорил Тубор.
– Понятно, ее, значит, зовут Евгеника. Наконец-то мы узнали имя суженой нашего брата.
– Так вы и не спрашивали.
– Друзья, давайте сделаем так: завтра мы едем ко мне в замок, делим то, что сбросили там, и тогда каждый занимается своими делами.
– Нет… не так. Завтра я еду домой, решено. Тем более, завтра отправляют дилижанс с почтой и охраной, и я с ними проследую.
Как бы быстро ни бежали кони, но дней пятнадцать придется добираться. А мне на свадьбу ты привезешь то, что сочтешь нужным. У меня сейчас денег больше, чем у отца, в несколько раз, – засмеялся Тубор.
– Да, мне тоже это не горит, – добавил Ашкен. – Если вдруг понадобится какая безделушка для подарка даме, тогда попрошу, а так пусть будет у тебя, целей будет. А почему нам так много посчитали?
– Да просто наша монета весит пятнадцать эрмов, а экю – пять.
А кроме того, наше золото чище: у них в монете 700 литов золота, а у нас 970. Вот и получается, что за одну нашу монету они отдают десяток своих, – ответил Тубор.
– А ты откуда знаешь?
– Ты пока там увлекался пирожными, мы с Дарком общались с управляющим и оценщиком.
– Аааааа…
На этом разговоры закончились, и все отправились спать, уж очень они вымотались за это время.
На следующий день проводили Тубора, обнялись на прощанье.
– О свадьбе я сообщу. Но даже не представляю, что кого-то не будет, – нанесете кровную обиду.
– Приедем, не переживай, – заверили его друзья, и он, еще раз помахав, сел в дилижанс, привязав к нему коня.
Потом Ашкен отправился в академию, сказав, что все расскажет вечером. А Дарк, подумав, решил купить дом в столице. Жить в гостинице накладно, а дом всегда можно продать. К кому вот только обратиться со столь щекотливой темой?"
"После того, как он убедился, что старый пират не обманул и клад оказался не вымыслом, Дарк ощутил какое-то разочарование.
Это пришло не сразу. Еще добираясь к берегу, он переживал довольно сильно, с каждой волной или каплей соленой воды, которую ветер бросал в лицо, сердце колотилось так, что, казалось, его слышат все. А вот когда добирались до столицы, настроение постепенно падало, прошла эйфория от блеска богатства, которое его окружало.
