И ведь ему нужна не я, а только то, что хочет Дерек.
На Темнейшего стараюсь не смотреть, но, когда глаза невольно ползут к нему, вижу, как играют желваки, а в глазах, устремленных на короля, недобрый замысел.
Он что-то задумал. Явно. И это меня пугает.
Наконец-то, ужасный ужин подходит к концу. Захожу в свою комнату, плотно закрываю дверь, но мне этого недостаточно, чтобы ощутить себя полностью спокойно. Хочется скорее коснуться артефакта и оказаться подальше от короля.
Но сейчас нельзя. В любую минуту меня могут позвать обратно.
Как сказал Дерек, нужно дождаться, когда он усилит печати на моей двери, и только тогда, в полночь, отправляться к сыну.
От мысли о Темнейшем на сердце становится спокойно, будто оборачиваюсь в теплый плед. Тихо вздыхаю, поглаживая красивую подвеску на своей шее и отсчитываю минуты, когда смогу повернуть механизм.
Резкий стук в дверь, и я подпрыгиваю на месте. Спешу открыть, не зная кого ожидать: Анну с каким-нибудь посланием или... короля. Хотя он вряд ли сюда явится.
Так ведь?"
"Игра в перетягивание каната с братом это одно, и другое – вваливаться в женскую спальню. Хотя с этого станется...
Нет. Дерек такое не допустит.
Дерек. Сердце предательски начинает скулить и надеяться, что за дверью стоит именно он. Пусть будет так. В этом случае я хотя бы буду уверена, что с ним всё в порядке, учитывая, как опасно поблескивали его глаза за ужином.
Но увы, на пороге стоит не Темнейший, а Сильвия собственной персоной. Она хмыкает и, даже не подумав спросить разрешения, входит в мою комнату, будто в свою собственную.
– А ты, я смотрю, нарасхват. И Темнейшего вокруг пальца обвела, и королю глазки строишь. А такую невинную из себя корчила, – выдает она, а я ловлю секундный шок.
– Что?
– Слушай меня внимательно. Я дам тебе два сундука золота. Ты таких денег в жизни не видела. А взамен ты завтра проиграешь и уйдешь! – выдает она, задрав нос, в полной уверенности, что у меня нет шанса отказаться.
Да уж! На таком Отборе озолотиться можно. И одновременно почувствовать себя дешевкой, которую всякий, кто имеет власть, может купить как платок на базарной площади, высморкаться и выкинуть.
– Госпожа Сильвия, – с трудом заставляю голос звучать ровно, когда внутри разрастаются обида и злость. – Я...
– И еще, – перебивает она, закатив глаза. – Скажешь, что экстракт гибариуса выпила сама. Случайно перепутала с лекарством от хвори.
Нет. Тут не секундный шок, тут... Внутри меня всё кричит от вопиющей наглости.
