Будет злиться на то, как со мной обходятся посетители таверн, требовать, чтобы я ушла. Может быть, даже стыдиться меня...
Что, если он забросит учебу и сам начнет работать? А без образования в этом мире не пробиться, тем более, когда ты беден и безроден.
Я знаю, что такое нищета, и не хочу, чтобы эти путы сковывали его. Пусть женится на той, кого полюбит. Пусть сам выберет свой путь. Я не хочу портить ему жизнь, даже если при этом придется наступить на собственную гордость.
– Я тебе не враг, Лея. Это отличный шанс всё изменить, – говорит мне Дикий, и хотя и понимаю, что это так, на душе всё равно скребут кошки.
Такими длинными ржавыми коготками. – Тебе просто нужно нам помочь, а в обмен Дерек решит всё твои проблемы. И ты будешь вольна делать всё, что пожелаешь, всю жизнь.
Но сначала проведу в этом кошмаре еще неделю? Месяц?
– Покажи подпись Дерека, – проглатываю слезы и заставляю себя оторвать взгляд от земли и посмотреть в глаза человеку в маске.
Дикий как-то уж слишком по-дружески улыбается.
Его рта я не вижу, но глаза одобряют мое решение.
Он раскрывает свиток, который в длину чуть не метр, и мой взгляд цепляется за подпись в самом конце. Идеально ровные буквы с острыми длинными палками, и под ними именная печать. Светится алым, значит, не подделка.
– Я хочу прочитать, – сообщаю я следующее требование, чтобы быть уверенной в том, что меня не обманут.
Букв тут много, но текст вполне четкий. И даже слишком конкретен, чтобы искать в нем скрытые смыслы. Свет шаров, будто назло, мигает, в глазах начинает рябить от неимоверного количества строк, но я заставляю себя быть внимательной.
Хватит с меня ошибок.
– Значит, свобода. Нерушимая клятва, данная самим Дереком? – уточняю я, потирая разболевшиеся глаза.
– Верно, Лея, абсолютная свобода, – кивает Дикий. – И полностью обеспеченная жизнь тебе и сыну.
Что ж. Даже не знала, что гордость такой, как я, может стоить так дорого.
Ладно.
Прошу перо, и Дикий тут же мне его передает. Он знал, что от такого я не смогу отказаться.
Сглатываю вновь подобравшиеся к глазам слезы и ставлю свое имя под именем дракона."
"– Именной печати у меня нет, – сообщаю ему.
– Этого достаточно, – заверяет Дикий, и золотистое сияние подписей подтверждает, что сделка заключена.
На тыльной стороне моей ладони тут же появляется завиток, который исчезает по мере того, как гаснет свечение на бумаге. Вот и печать. Договор неотвратим.
– Кучер, – окликает нашего извозчика Дикий.
