Нет, ну не может он серьёзно говорить о таких вещах. Похитить принцессу Сэйнара… это просто немыслимо. — Наверное, вы хотите высказать мне своё недовольство решением моего отца и, возможно спросить почему я вам отказывала всё это время.
− Такое желание у меня определённо имеется, − хмыкает колдун. — Но я уже понял, что объяснений от тебя добиться так же сложно, как и от твоего несговорчивого родителя.
− На самом деле… когда отец сказал, что откажет вам, я испытала огорчение, что всё происходит именно так. И подумала, что возможно… причину моего отказа можно как-то устранить.
Если бы вы только дали мне возможность узнать вас лучше.
И время, чтобы найти решение моей проблемы со сверхчувствительностью.
− Поверь, Льдинка, именно это я и собираюсь сделать. Дать тебе возможность узнать меня так хорошо, как не знает никто. И так близко, как ты только захочешь.
Звучит слишком многозначительно. И порождает ещё больше вопросов. Но меня радует, что он… не отступился. На самом деле радует.
Он снова поворачивает и теперь направляется к большим двустворчатым дверям, у которых стоят двое стражников, северян.
Увидев своего ярга, жутко суровые на вид воины Нагарда буквально застывают с вытянутыми лицами, явно не видя и не понимая, кого это он тащит на руках, да ещё и разговаривает.
− Вы принесли меня в свои покои? — делаю я совершенно очевидный вывод, когда колдун толкает плечом дверь и заносит меня внутрь. В похожих покоях всю эту неделю жили мои родители.
− Ты очень наблюдательна, Льдинка.
Подойдя к одному из диванчиков, он бережно усаживает меня и, присев на корточки напротив, принимается с интересом рассматривать.
− Это очень неприлично, − сообщаю, неодобрительно поджимая губы.
− А гулять ночью по чужому дворцу без охраны под иллюзией невидимости прилично? — хмыкает ярг. — Дай угадаю. Ты сопровождала сестру на тайную встречу с босварийским принцем? И иллюзию наверняка делала она.
− А почему не я? — вскидываю подбородок с наигранным возмущением.
− Потому что тогда ты бы могла снять её в любой момент, а не через три часа.
Хм. Верно. Я уже и забыла, что сказала ему об этом. Поразительная беспечность. Совсем уже голову мне заморочил.
− Скажи мне, Льдинка, − в упор смотрит он мне в лицо. — Верно ли я понимаю, что у тебя имеется какая-то веская причина отказывать мне, и если бы не она, ты бы не стала этого делать?
− Я бы не была столь категорична, − уточняю, чтобы он не думал, что я готова вот прямо сейчас за него замуж идти.
