Может, хоть так исчезнет это тревожное покалывание?
− Ты уверена? — в голос ярга вплетается лёгкая хрипотца, от которой все мои необычные ощущения по неизведанной причине лишь усиливаются.
Его руки теперь по обе стороны от меня. Тело так близко. Прижимается ко мне, обжигая и подчиняя. Боги, я задыхаюсь.
− Давай, проверим? — шепчет он.
И наши губы встречаются.
7.2"
"Я не верю, что это со мной происходит. Прямо сейчас.
Он пылает изнутри, зажигая и во мне странное томительное пламя. Но при этом целует так нежно.
Легко, словно пёрышком касается. Гладит губами мои губы, прихватывает, ласково касается языком, проводя между ними, согревает жарким дыханием. Будто знакомит меня с этими соприкосновениями. Знакомит с собой. Пробует и позволяет распробовать мне. Привыкнуть к ошеломляющей мысли. Мы действительно целуемся. Мой первый поцелуй уже случился, происходит прямо сейчас. И мне это… приятно. Безумно, до мурашек.
Как бы ни пытался рассудок напомнить, что происходит что-то неправильное, что я веду себя непоследовательно, у меня так и не появляется желания оттолкнуть Янгмара, а его поцелуй не становится от этого более неприятным.
Кажется, даже наоборот. Ощущение запретности лишь усиливает мои чувства, моё удовольствие. Как и его нестерпимая, жаркая потребность обладать… мною…
Спины касаются мужские руки. Одна проводит по позвоночнику, рассыпая по коже целые соцветия обжигающих искр, а вторая замирает на пояснице, вжимая меня в твёрдое тело ещё ближе. Хотя казалось бы куда уже.
− Сладкая моя Льдинка, − слышу ласковый шёпот. Большая ладонь зарывается в мои волосы, обхватывая затылок. Удерживая на месте мою кружащуюся голову. О боги. Я тону. Хочу. Сгораю.
Не помню, когда мои руки оказались на его груди, почему теперь скользят выше, обнимая несносного колдуна за шею. А губы со стоном размыкаются, словно умоляя о чём-то большем. Я даже представить не могу, о чём именно. Но об этом видимо очень хорошо знает Янгмар. И незамедлительно принимает моё безмолвное приглашение.
Низко зарычав, сжимает меня сильнее. И не успеваю я опомниться, как в моём рту оказывается его язык, втягивая мой собственный в странный порочный танец, ошеломляя меня столь бесстыдной лаской. Жаркой. Невообразимо сладкой.
Под сомкнутыми веками вспыхивают звёзды. По венам словно пламя струится, горячими ручейками стекая в низ живота, концентрируясь между ног. Пугая тянущей, чуточку болезненной, необъяснимой потребностью.
