На дело его вызывают, когда оно стоит внимания крупных чинов.
Докатив до широкого здания, цвета слоновой кости, я оставляю свой велик у входа. Отсюда уж точно никто не упрёт! Захожу и вбегаю по лестнице вверх, прямиком к прокурору.
— У себя? — вопрошаю в приёмной.
Секретарша меня уже знает. Кивает:
— Как раз кофе пьёт.
— Мне тоже, Кариночка, сделай, пожалуйста, — говорю.
Карина уже далеко не юна, не стройна и не очень красива. Но, заслышав:
— Ты похудела? Или причёску сменила? — берётся её поправлять.
— Скажешь тоже, Шумилов!
— А что? Комплимент от души! Так как выглядишь супер!
— Налью тебе кофе, ещё и печеньку подкину! — смеётся она.
— Так я же не за ради печеньки. Я так, для души!
Комаров развалился на кресле. Тянет кофе и жрёт. На казённых харчах отрастил себе пузо.
— Ты опером был постройнее гораздо, — шучу.
— О! Какие люди! Костян? — он пытается встать, но потом говорит, — Подниматься не буду, садись.
Нажимает на кнопку:
— Кариш, принеси кофейку?
— Я уже! — отвечает Карина, нарисовавшись в дверях.
Я удивляюсь его органайзеру, что стоит на рабочем столе. Тут тебе и часы, и подставка и даже чернильница. Кабинету уже перестал удивляться давно!
— Ну, что там мой лоботряс натворил? Уже отчисляют?
— Что? Нет! С чего бы? — машу головой. Речь о сыне. Тот, ещё в прошлом году поступил. А я обещал его взять на поруки, — Учится в целом неплохо. Курсовик написал о роли России в современном разделении труда.
— Ага! — усмехается Дрюня, — Недра земные толкай за бесценок.
Разделение, блин! На плохих и хороших.
Мы болтаем о мире, политике, ценах на нефть.
Тут Андрей говорит:
— Ты давай, не тяни! Что случилось? Решил от Инесски избавиться? Так мы ей мигом найдём компромат, — он хохочет над собственной шуткой. Имея ввиду мою ректоршу.
— Нет! Инесска — золото баба. Дай Бог ей здоровья, — вздыхаю, — Я вот по какому вопросу к тебе.
Достаю телефон и пишу от руки на листке номер джипа:
— Могут ребята твои раскопать, кто хозяин машины?
Комаров берёт в руки:
— Притёрся, небось, на парковке?
— Хуже! — роняю, — К жене.
— Да ладно тебе? — удивляется Дрюня.
— Видел его рядом с нею. Джипяра с водилой, и сам весь такой из себя, — на меня наплывает волнение, стоит припомнить.
Друг серьёзнеет, ручка в руках совершает манёвр.
— А при каких обстоятельствах видел? — включает он опера.
— Да в кафе! Они мило болтали за столиком, — хмыкаю я раздражённо.
— Так, может быть, это партнёр деловой? — выдвигает он версию.
