Тут без вас мне совсем тоска. Там на ручье взрослые бассейн выкопали. Хошь, покажу, там даже рыба плавает.
Я мотнул головой.
— Не, мне некогда.
Тимофей потух, кажется, аж глаза увлажнились. Как сложится его судьба, я не знал. Они с бабушкой через два года просто перестанут приезжать.
В той жизни я презирал этого розового нескладного поросеночка. Презирал за то, что он терпит тычки и затрещины, и любое унижение готов стерпеть, лишь бы с ним дружили. Теперь же мне было жаль закормленного бабушкиным пирожками и зацелованного в задницу паренька.
Потому что никто не видел в нем паренька — все видели просто гору жира, которая смешно вибрирует, если ее пнуть. Даже велик у него был не пацанский, без рамы.
— Хочешь похудеть? — спросил я.
— Ага! — потряс он щеками.
— Приходи завтра в полседьмого к моему дому, пойдем на тренировку. Будем отжиматься, боксировать. Сразу говорю: будет сложно. Но ты видишь эффект, да?
— Меня бабушка не отпустит, — проныл он, понурившись.
— Ну нет так нет, — пожал плечами я и направился по дорожке вверх, к нашей даче.
Экскурсия заняла минут десять. Дед, познакомься, вот абрикос-краснощечка, плоды которого ты продавал. А вот смородина. Хочешь, покажу, как доить куст? Вон наша картошка, и скоро нам предстоит ее эксгумировать. Там помидоры. Огурцы тут плохо родят, и мы их не выращиваем. Вот тот самый сарай, где полегли цыплята.
Закрыв калитку, мы пошли назад, и я увидел Тимофея, поджидающего нас на перекрестке.
— Я приду! — крикнул он, сообразив, что замечен.
— Дай прокатиться! — отозвался я, сбегая по склону.
Тимофей с радостью уступил мне велик. Ну и что, что без рамы! Хоть вспомню, как это, мне ж предстоит мопед! Я развил бешеную скорость — аж в ушах засвистело. Пролетел улицу насквозь, разгоняя воробьев, купавшихся в пыли. Покатил в обратную сторону. Развернулся, неспешно приехал и вернул велик Тиму.
— Спасибо. Мы тебя ждем. Только это… хватит обжираться и готовься трудиться!
Тим кивнул, с тоской проводил меня взглядом.
— Кто у вас тренер? — спросил дед.
Пожалуй, сегодня я его достаточно удивил рассуждениями, потому ответил:
— Да как-то сами.
— Что ж вы сами натренируете? Давай я проведу, и разомнусь заодно.
Ого, дед-то у меня с сюрпризами!
— О, круто. А ты боксер? Или ММА? Или каратэ какое?
— Ушу, направление саньда, у меня коричневый пояс. Я, конечно, уже не великий боец — возраст вносит коррективы, да и заниматься стал уже зрелым, когда в Москву переехал. Но мне есть что рассказать и чему научить.
