Четверо, двое мужчин и женщины, играли в дурака. Голопопая годовалая девочка рисовала на камне пятерней, которую макнула в томатную пасту.
В громыхании музыки слов песни было не разобрать, с трудом я понял, что играет какой-то шансон. Так и не понял, что заставляет людей настолько яростно демонстрировать свой дурной вкус и создавать вокруг себя шумовое загрязнение. «Смотрите, мы гуляем!» «Смотрите, как у нас весело, завидуйте».
Но чаще это считывалось как: «Тут бухают колхозники».
В августе на море — просто рай! Плещет волна, цикады стрекочут… Нет же, надо все переговнять своим музоном.
И не переводятся же такие! Просто на смену магнитофонам приходят колонки.
Дед заметил меня издали, поднял руку, обозначая себя, и принялся вытираться. Я подождал, когда он отдышится, уселся рядом, отметив, что мама пришла в норму: глаза не красные, выражение лица скучающее, а не как у человека, готового прыгнуть со скалы.
Борис разделся и с гиканьем побежал к воде. Плюхнулся, вздымая брызги.
Я мысленно пожелал себе удачи и проговорил:
— Дедушка, сегодня я должен звонить бригадиру, о котором тебе рассказывал. Ну, который с кукурузой. Ты подумал о торговых точках в Москве? Если что, я могу приехать и помочь.
Уже не первый раз замечаю, что перед важным разговором сперва цепенею, потом внутри разливается холод, вот как сейчас. А потом отпускает, и бросает в жар.
Мама навострила уши, но книгу не откладывала, делал вид, что читает, хотя страницы не перелистывала.
Дед тяжело вздохнул, вытер голову полотенцем и только тогда посмотрел на меня и сказал:
— Эпоха перемен.
Плюс меняется на минус и наоборот. Мне не нравится торговать. — Он взял паузу, и я подумал, что эта часть бизнес-плана провалилась.
Однако дед продолжил:
— Но работать охранником нравится еще меньше. Мой ответ — да. Только так я смогу вам помогать. Но ты же понимаешь, что такие дела не решаются мгновенно, нужно там все подготовить.
— Конечно понимаю!
На губах помимо воли возникла улыбка.
Я сжал вспотевшие от волнения ладони, глядя на плещущегося Бориса. Да! Половина дела в кармане! Теперь можно и освежиться!
* * *Звонить бригадиру я собрался от Ильи, отдав Карпа на растерзание Яну и Димонам, которые были на базе и налетели не на меня, а на мопед. Я заранее приготовил три былинки разной длины, чтобы друзья не передрались за право сесть за руль, и они тянули жребий.
Первым выпало кататься Яну, потом — Минаеву и Чабанову.
