Интересно, как у них дела?
В разговор вступил дед, тоже повысив голос:
— Гражданка, начнем с того, что я — сотрудник правоохранительных органов. — Он достал удостоверение, оставшееся с незапамятных времен — якобы утраченное или фальшивое — и сунул ей под нос. — И преподаю детям уроки самообороны, чтобы они могли дать отпор хулиганам. Так что волноваться не о чем: ваш внук под присмотром взрослого.
Бабушка бедолаги Тима разинула и захлопнула рот, разинула и захлопнула, будто бы заглатывая кого-то невидимого.
— Посмотрите на своего внука, — распекал ее дед. — Вы превратили его в ожиревшего кота, а это не игрушка и не питомец. Это парень, будущий защитник Родины. И он большой молодец, что понял это.
— Он больной…
— Я здоровый! — взбешенным слоненком проревел Тим. — Я хочу быть нормальным, а не куском сала, и ты задрала мне мешать! Да я вообще сбегу, если ты будешь так меня позорить!
Что называется — вострубил. Довели слоненка.
— У меня наконец появились друзья! — орал он, но дед хлопнул его по спине.
— Успокойся, Тимофей. Думаю, бабушка все поняла. Правда, Людмила Иосифовна? — Не дожидаясь ответа, он продолжил, под руку отводя толстуху в сторону. — Хорошо, что вы интересуетесь здоровьем внука. У него ожирение третьей степени, которое может повлечь ожирение печени, гипертонию и сахарный диабет в раннем возрасте. Хорошо, что он к нам пришел. Ему нужно исключить из рациона питания…
Его бормотание затихало, затихало, превратилось в мерное гудение, громыхнула дверь, и взрослые вышли на улицу.
А Тимофей так и стоял в середине зала, сжимая и разжимая кулаки, красный, как рак. Рыкнув, он принялся бить грушу, не надевая перчаток.
Я уселся на диван, Гаечка подвинулась ко мне и, сияя глазами, спросила:
— Ну как мы, ну че мы завтра? По кукурузу едем?
Сашка — свой парень, даже имя у нее мужское. За лето она вытянулась и похудела, но женственности ей это не прибавило, она стала смотреться широкоплечей и мосластой. Если бы не медно-каштановые волосы по лопатки, сзади ее можно было бы принять за парня.
Она не носила платья и юбки, предпочитала штаны и выпячивала свою маскулинность, но смазливая мордашка выдавала девчонку, пусть и вздорную.
Я сжал челюсти, вдохнул, выдохнул и сказал:
— Похоже, решение было преждевременным, сперва сам рвану на разведку. Мопед двоих не вывезет, он слабенький.
— А его сделали⁈ — чуть ли не хором воскликнули Димоны.
— После тренировки, — отмахнулся я. — Сложная штука оказалась.
