Было начало восьмого, магазины еще не работали, я это предвидел и с вечера нажарил целый пакет гренок — просто хлеб в яйце, и кабачков, сложил все это в баночки.
— Ты зови, давай. Перекус организую.
Пока она искала своих, я уселся на плиту, где мы обычно собирались, и принялся накрывать на стол. Помимо Бузи и Ивана, прибежали два незнакомых заморыша. Они обрушились на еду вихрем и в считанные секунды все смели, а потом еще и облизали грязные пальцы, уставились на меня, как голодные котята.
— Че за дело? — просипел Бузя.
Я обратился к двум незнакомым:
— Условие: по карманам не шустрить, вещи не тырить.
— Да иди ты! — махнул смуглый парнишка с проплешиной и побрел прочь.
Светка виновато развела руками и почесала голову.
— Мы не воруем, — проворчал Бузя. — Я машины мою, и Ванька, вон. Раньше хватало, ща — не-а, дают неохотно, и старыми деньгами, а их не берут в магазинах. Ну, не во всех.
— Не воровать. — Я в упор посмотрел на второго заморыша, он засопел и выдал:
— За хавку спасибо, кароч.
И тоже удалился.
— Эти с вами живут? — спросил я. — С ними придется делиться, и вам ничего не останется. И вообще, где вы обитаете?
— Да везде. Ща тупо на море, — ответил Бузя. — В дождь под мостом. Эти — тоже где придется. На зиму мы нашли подвал. Ну там типа дом, но нет стены и крыши, а подвал есть, но туда долго пилить. Далеко.
— У вас есть возможность развести костер и вскипятить воду в ведре или большой кастрюле?
— Где подвал, там есть! — закивала Светка. — Так а что за дело?
— Я привезу вам кукурузу, несколько мешков, а вы будете варить, я покажу как, и продавать на пляже с солью.
По двести рублей за штуку. Ну и если початок поменьше, то по сто…
— Вау! — Светка аж подпрыгнула.
— Но надо помыться и надеть чистое, иначе не будут покупать. Теперь только честно скажите. Вши у вас есть?
Бузя заулыбался, провел по своей лысой макушке и Ванькиной.
— Где им тут взяться?
Светка сморщила нос и поскребла в затылке.
— Они могут и в одежде жить.
Идем в больницу выводить вшей и прочих паразитов, — распорядился я.
— Вот еще, — фыркнула девочка.
Я развел руками.
— Смотрите сами. Или так, или никак. Хорошо будет, если они кусать перестанут.
У самого голова зачесалась, стоило представить этих зловредных паразитов. Воцарилось молчание. Так можно было сидеть бесконечно. Тащить детей на обработку волоком я не собирался и даже испытал облегчение, что не придется ехать в далекую даль за кукурузой.
