Дед продемонстрировал чудеса эквилибристики, пронесся вихрем, я ни черта не запомнил, а Наташка, которая думала, что дед старый и максимум что сможет — песок насыпать и по ушам проехаться, отвесила челюсть.
— Так выглядит стиль богомола, — улыбнулся дед, потер поясницу. — А теперь повторяем.
Все начали подниматься, и он рассмеялся, вскинул руку.
— Я пошутил. Это требует длительной подготовки. Начнем с простого, с разминки.
Мы выстроились напротив деда, он продолжил:
— Я с вами пробуду недолго, но вдруг потом вы захотите продолжить занятия.
Учителя следует называть шифу́, а приветствие выглядит так, — он жестом подозвал Илью и скомандовал: — Ноги вместе. Руки на уровне груди. Отводим их на двадцать сантиметров, а теперь правый кулак упирается в левую ладонь.
Все сосредоточенно повторили.
Разминка началась с растяжки, а с не простых упражнений, как у меня. Наклоны всевозможные, наклоны сидя — ноги врозь, наклоны сидя — одна нога поджата, вторая прямая. Сам он делал это с легкостью, как молодой, остальные, кроме девчонок и Яна, корячились и кряхтели.
Особенно усердствовал Тимофей. Пот лил с него в три ручья, он распахся так, что вокруг него образовалось свободное пространство.
— Нам придется много работать ногами, — объяснял дед, расхаживая меж нами и поправляя технику то одному, то другому. — Потому нужна растяжка.
Хуже всех получалось у Димона Чабанова, он был как будто деревянный, да и я чувствовал себя тем еще Буратино.
После растяжки, длящейся вечность, начались обычные упражнения, и на лицах читалось разочарование, только Тимофей пыхтел за всех.
Он был таким толстым, что, когда пытался отжаться, касался пола не грудью, а упирался свешивающимся пузом.
Дед, видимо, тоже понял, что детям нужны зрелища, и устроил немного шоу: показал несколько упражнений на координацию в статике. Приходилось замирать на согнутых широко расставленных ногах, махать руками на выдохе, перекатываясь с ноги на ногу и делая вышагивания и выпрыгивания. Тут-то Тимофей и полег. Но, отдышавшись, поднялся и продолжил.
Тяжело, черт побери! Ноги трясутся покруче, чем от моей круговой. Следующей выбыла Алиса, затем Чабанов, и дед прекратил издевательство ровно за секунду до того, как мы возненавидели ушу.
— Теперь основная часть, — объявил он, сверкая глазами. — Она самая важная, и вам точно понравится. Разбиваемся на пары. Павел, ты лучше знаешь, кто на что способен, расставь учеников.
Гаечка с Наташкой, Алиса с Яном, Димоны друг с другом, я с Ильей.
