Четырнадцатого февраля встречаемся, едем на другой участок, вы готовите траншею, потом одним рывком перевозим доски туда, монтируем, заливаем.
— Там тоже будет дом? — спросил Сергей.
— Ангар под автомастерскую, разделенный на несколько боксов. Напарник должен нарисовать проект.
— Класс, что есть работа! — улыбнулся Егор и тут же погрустнел.
То ли отсутствие заработка его угнетало, то ли факт, что он долго не увидит Наташку. Сергей ударил его по спине.
— У меня знакомые есть в порту, им иногда нужны грузчики.
Сам я уже старый, тяжело мне, а вот ты, Серега и Игорек вполне потянете. Буду вам подбрасывать заказы, только звоните мне два раза в день, чтобы не проворонить. С грузчиками беда, то сидельцы, то алкаши.
— Круто! — сверкнул глазами Алтанбаев. — Я уже привык, что можно есть от пуза. На кроссовки начал копить.
— С апреля тут начнутся работы, — обнадежил его я, — а ты пока в вечерку устраивайся.
Я обошел фундамент. Первый шаг к дому мечты сделан! У нас будет самый современный, самый красивый дом в поселке!
Надо было ехать к Натке, потому я распрощался со строителями, направился к мопеду.
Мне на хвост упал Алтанбаев. Когда Сергей ушел, Егор спросил:
— Брат, у меня к тебе просьба есть… э-э-э… этого… интимного характера.
Я чуть не икнул от неожиданности и на всякий случай повернулся к Егору лицом — вдруг спиной опасно, потому что он нетрадиционный.
— Ну? — спросил я настороженно.
— Я вот не пойму, нравлюсь я или нет.
— Кому? — еще больше насторожился я и отступил на шаг.
— Наталье, кому же еще. Вроде она мне улыбается, выделяет… А вроде и нет. Непонятно.
— Так подойди и спроси, — с облегчением сказал я. — Кто мешает-то?
Алтанбаев пожал плечами и шумно почесался. Я посоветовал:
— Пригласи ее куда-нибудь. Если пойдет, значит, нравишься.
— Я пригласил, не пошла…
— А куда пригласил? — осторожно поинтересовался я.
— На футбол. Наши в воскресенье играют, мне два билета обломилось, ну я и пригласил. Так-то бабла у меня мало, чтобы в ресторан.
Раньше девки сами мне давали, я как-то и не старался.
— Ну ты даешь, — усмехнулся я. — Натка-то — девчонка, ей футбол неинтересен. А давали — кто?
— Ну, Ласку ты знаешь, Катька рыжая такая есть.
— Не Карасиха, и то хорошо.
— Гонишь? — обиделся Алтанбаев и набычился.
— Да шучу я! Ну ты сравнил этих девок и Наташку. Она в театре играет, в Москву поступать хочет на актрису. Парень ее был художник-декоратор.
— Был? — сделал стойку Егор.
