Сперва распахнулась дверь, выпустив запах перегара, сигарет, плесени и борща, потом выглянул мужчина лет тридцати пяти, с тонкими чертами лица пока еще без следов хронического алкоголизма. Только красные глаза и выхлоп выдавали его пристрастие.
— Вы чего? — спросил он, почесав всклокоченные волосы. — Саша тут больше не…
— Мы договаривались квартиру смотреть, — сказал я. — Здрасьте.
— Вы? — прищурился мужчина.
— А почему бы и нет? Вам не все равно, кто деньги платит?
— Лишь бы не разнесли квартиру, — проворчал он.
— Знаем мы вас. Ширку варить, притоны устраивать…
— Для этого подвалы есть, — прервал его я. — Мы жить собираемся, причем тихо и мирно, в отличие от наших будущих соседей."
"Я запрокинул голову, глядя на отошедшие от стен обои, на черный потолок. Хозяин снова шумно почесался, вызывая ответное желание и мысли о вшах.
Разуваться я не стал, ради приличия прошел в кухню, увидел грязнющую газовую плиту, убитый стол, колченогие табуреты, не закрывающиеся из-за разболтанных петель заляпанные шкафы.
В этой квартире было ужасно все: и заплесневелые стены, и сырой пол со вздувшимися досками, и панцирные кровати, и допотопные обои цвета утопленника. Все, кроме книжного шкафа, перенесшегося будто бы из другого мира. Там было полное собрание произведений Стругацких, Алексея Толстого а также Жорж Санд, Вальтер Скотт, Бальзак, Бредбери, Хайнлайн, Саймак…
Глаза разбежались. Книги безмолвно свидетельствовали о том, что здесь жил не обычный бич, а БИЧ — бывший интеллигентный человек.
— Ну, как вам? — с надеждой спросил хозяин, когда мы закончили осмотр.
Он это серьезно? Это ж та самая конура, которую описывал Достоевский, где дохли чижики! Тут недолго подцепить клопов, вшей, туберкулез и хроническую неудовлетворенность.
— Двадцать пять? — переспросил я. — За это?
— Ну, кровать свою поставите. Печь, отопление есть… — Поймав мой взгляд, он смутился, но не согласился, что аренда его гнездышка стоит меньше заявленной цены. — Зато комнаты — три! Две изолированные. Ну что, будете снимать?
— Извините за потраченное время, нет, — сказал я.
— Ну и валите! — вызверился хозяин. — Шастаете тут! Время только отнимаете. Вот шо вам надо⁈
— Пить бросьте — поймете, — попытался внушить ему я, выскальзывая за дверь.
Внушение не подействовало, потому что бич за нами погнался и долго орал проклятия. Когда они стихли и я оказался возле пустыря, где когда-то избил Зяму, Боря сказал, поглядывая на негостеприимный дом.
— Я бы лучше там жил, чем с Квазипупом.
