Ты же видишь, что я смыслю в таких делах. Василию, вон, занятие придумал. Сам зарабатываю. Не хочешь медицину — кондитерку открой, тоже золотое дно. Пирожные всякие, торты. Курсы только пройди. Оборудование куплю, будешь по магазинам продукцию развозить, там сейчас шаром покати. Торты на заказ печь. Потом ларьки откроешь в городе или, еще лучше — маленькие такие кафе. Миллионером станешь, машину купишь.
— Я?
— Ну а чем ты хуже других? Помощь и защита есть — Василий, он парень надежный. Торговля с машины — это временно.
Полгода, ну, год, потом другие прознают, что так можно, и поедут машины одна ха другой. А так будет у вас с Наташкой на двоих кондитерка. Или можно стать дистрибьютором какого-нибудь «Орифлейма».
— А что это?
— Косметика такая. Там вообще вкладывать ничего не надо. Ходишь с каталогами по знакомым, они заказывают, ты им разносишь всякие помады, тени, пудры. Подписываешь других, чтобы они тоже продавали и разносили, и всем им с тебя денежка капает. Станешь генеральным директором, все под тобой будут.
Потом можно вообще ничего не делать. Тут важно первым быть, кто потом придет, тому сложнее.
— Вообще непонятно, — мотнула головой она. — Но я подумаю над частной клиникой.
— Вот и хорошо.
Общаясь с ней, я сделал упор внушения на то, что ей нужно развиваться, и оставил простор для маневра — пусть выберет занятие себе по душе.
Потом набрал бабушку и сказал, чтобы Каналья перезвонил после девяти, когда я попаду домой. О том, что мы сменили место жительства, я пока не говорил, она маму тогда сожрет, а Василия распнет на воротах гаража и будет в него метать топор.
Уже когда стоял возле двери навьюченный, как ишак, мама сказала:
— Наверное, ты прав. В следующий понедельник, когда акции чуть подорожают, продам свои.
— Сколько их у тебя? — спросил я. — Только честно.
Она потупилась, подумала немного и открыла карты:
— Пять. Две в самом начале купила, когда они по две пятьсот были, две чуть позже и еще на одну долго копила.
— Ай, молодец! — похвалил ее я.
— Вполне хватит для старта, а если вдруг нет, я подкину. Подумай. Но дальше сама, я участвовать не буду, разве что советом — времени нет.
— Хорошо, — кивнула она и прошептала: — Страшно!
— Ты молодец. Главное начать, а дальше нестрашно. Главное следи, чтобы Василий глупостей не наделал.
— Стараюсь. Он очень зол и расстроен, у него даже температура поднялась из-за этой сволочи. И ведь предупреждала Даромира! И ты предупреждал.
