Глаза Сергея метнулись из стороны в сторону, а Василиса ехидно спросила:
— А хватит вам получаса? Можно и час подождать, ничего страшного. Должен же ты как следует отблагодарить свою подругу.
— Хватит, — буркнул Сергей, — язык у тебя…
— Нормальный язык, — непонимающе подняла брови Василиса, — розовый, здоровый — вот, погляди!
Она высунула язычок и покрутила им в воздухе, от чего Сергей еще сильнее нахмурился, отвернувшись в сторону. Я тихо показал Василисе кулак, после чего она шепнула:
— А я чего? Я ничего! Уж сказать ничего нельзя! Я против, что ли? Пусть себе развлекаются.
Ожидание и вправду затянулось на час — это время мы сидели в кафешке рядом с домом работницы паспортного стола, пили сок, ели стейк с жареной картошкой, наслаждаясь вечерним покоем, тишиной и шелестом орехового дерева над головой. Дневная жара уже спала, так что было нежарко, но довольно тепло. Летнее кафе постепенно заполнялось посетителями разного социального статуса и облика — от элегантных парочек до каких-то гопникообразных граждан.
Впрочем, в нынешние времена определить по внешнему виду, кто есть кто, было непросто — вот тот мордастый гражданин, похожий на какую-то шпану, может быть менеджером среднего звена большого банка, расслабляющимся на отдыхе, а вот та интеллигентная парочка — водителем такси и его подругой. Сейчас в мире многое перемешалось, стерлись грани между сословиями. Тем более на отдыхе. С некоторых пор возникла такая тенденция — ездить на отдых на российские курорты, — это после того, как волна катаклизмов, обошедшая весь мир, напрочь уничтожила множество островов и прибрежных курортов во всем мире, прихлопнув тысячи туристов, в том числе и российских.
Россияне стали бояться ездить на зарубежные курорты.
С одной стороны, для наших курортов это хорошо, развиваются, деньги остаются в стране, а с другой — все подорожало, а уровень сервиса остался практически на прежнем уровне. Сам-то я не мог сравнить, не бывал на курортах за границей, но читать-то и слышать не разучился."
"Мы поели и, попивая напитки, расслаблялись в креслах.
Возле меня лежала целая сумка денег — столько я не видел никогда и не думал, что увижу. Почему-то они перестали для меня представлять большую ценность — ну деньги и деньги, возможность выполнить какие-то свои задачи, инструмент — как пила или топор. Деньги сильно ценишь, когда их мало и когда заработать их трудно, тяжко и нереально сложно, а когда они у тебя есть, и много — начинаешь относиться к ним с презрением.
