Ноги тряслись от слабости, суставы, перебитые негодяями и каким-то чудом восстановившиеся, скрипели, трещали и грозили лопнуть — видимо, времени, чтобы восстановиться, было все-таки недостаточно. Но мне нужно двигаться, и, сжав обломки зубов, я упорно, как человек из рассказа Джека Лондона «Любовь к жизни», тащился и тащился вперед, теряя сознание и снова пробуждаясь. Тело работало практически без моего участия, и я даже удивился, когда в конце концов оказался у забора позади дома Марии.
Дошел.
В заборе маленькая калитка. Я скинул со столбика веревочное кольцо и медленно, хромая, двинулся к дому. Окна были темны, дверь закрыта, вокруг ни души. Только следы ног — вчерашние блюстители порядка натоптали на грядке с цветами, раздавив кустик ночной фиалки. Она одуряющее пахла и напоминала мне что-то из моей прежней жизни… дедушка. Дедушка! Мелькнуло смеющееся лицо, обрамленное седыми волосами — борода. Мой дед. Потом картинка ушла…
Я постучал в окно — осторожно, костяшками пальцев.
Потом еще, еще… Долго никто не отвечал, потом испуганный голос из-за занавески спросил:
— Кто там?! Кто это?!
— Маша, это я, Иван.
— Ты?! — за дверью закопошились, она распахнулась, и в прихожей вспыхнул свет тусклой лампочки, показавшейся мне целым прожектором.
— Аааах! — вскрикнула Мария. — Ваня, ты?! Откуда? Что с тобой?
Я покачнулся и упал бы, если бы женщина не подхватила меня под руку. Она практически втащила мое изломанное тело в коридор и опустила на пол.
Затем захлопнула входную дверь и снова посмотрела на меня, ахнув и зажав рот рукой:
— Что они с тобой сделали?! Боже мой, боже мой, боже мой! Надо «Скорую»! Ты же весь изуродован!"
"— Не надо «Скорую», — с трудом выговорил я, шепелявя и откашливаясь, — мне нужно помыться, промыть раны, переодеться и отдохнуть. Отлежаться. Я потом тебе все расскажу. Вкратце — они меня пытали, требовали, чтобы я сознался в преступлении, которое я не совершал.
А потом решили убить. Но я выжил. Мне надо отсидеться несколько дней, никуда не показываясь. Тогда все затихнет. Они сейчас распустят слухи, что в преступлении виноват не я, что я ушел от них своими ногами, типа меня отпустили. А кто меня прибил — они не в курсе. Могут и к тебе прийти. Так что держись. Ты как после вчерашнего? Не тронули тебя?
— Камнями кидали. Окно высадили, я подушками закрыла, а то комары летят. Ерунда, вставлю.
