По всему видно — то ли стажеры, то ли студенты — неопытные, неуверенные в себе. Если опер и капитан — явный участковый — вошли к Марии во двор по-хозяйски, как властелины этого мира, то двое «студентов» жались неуверенно, с опаской поглядывая по сторонам.
Заметив меня, милиционеры остановились и, тихо обменявшись несколькими словами, пошли ко мне. Встав передо мной, опер и капитан молча осмотрели меня с ног до головы, остановившись взглядом на ведре в моей руке, потом капитан жестко спросил:
— Ты кто такой?
— А ты кто такой? — отреагировал я практически мгновенно и автоматически.
— Что, представляться вас не учили? По-моему, не я пришел в ваш двор, а вы в мой.
Капитан покраснел, искоса оглянувшись на своих спутников, опер определенно забавлялся ситуацией, а понятые приободрились, с усмешкой глядя на конфуз своего грозного участкового:
— Я участковый этого района, капитан Федорчук. Провожу опрос жителей участка по поводу — не видел ли кто чего-нибудь в свете сегодняшнего преступления! А ты кто такой?
— Я Сидоров Иван Петрович, тут живу, — ответил я косноязычному милиционеру, явно не блещущему образованностью и умом, — и что вы хотите узнать?
— Я хочу увидеть твои документы.
И узнать, где ты находился этой ночью.
— Этой ночью я находился в постели с Марией Васильевной, хозяйкой этого дома. И нам было так хорошо, что я не выходил из дома до самого утра. Паспорт сейчас вам принесу.
— Нет уж, мы вместе пойдем, спросим у этой самой Марии Васильевны, что ты за фрукт и где ты был этой ночью. Что-то мне твоя физиономия подозрительна! Ты откуда тут взялся? Мария Васильевна уже два года живет одна, и вдруг ты.
Откуда приехал? Кем ей приходишься?
— Откуда приехал — не знаю. Вернее, знаю. Из психиатрической клиники, где лежал после того, как потерял память. Кем прихожусь? Сожителем. Еще вопросы будут?
Опер и участковый переглянулись, у оперативника с лица сошла улыбка, и он цокнул языком:
— Из психушки, говоришь? Интересно… Будут вопросы, обязательно будут.
Я прошел в дом, вся толпа ввалилась за мной.
Мария испуганно осмотрела эту шатию и по моей просьбе принесла паспорт. Потом мы с ней долго отвечали на вопросы, которые эти двое считали очень каверзными — выспрашивали все, чуть не до поз, в которых мы занимались любовью. Затем они выдохлись, и участковый сказал, обращаясь к одному из понятых:
— Иди, позови отчима девочки, пусть посмотрит на этого парня. Он вроде как видел какого-то типа, который ходил возле их дома. Пусть опознает, если сможет.
