Обычно это высокопоставленные чиновники, люди искусства и бизнесмены.
– Значит, маг был водителем простого человека? – задумчиво спросила я, вспомнив, как когда-то, казалось, уже в прошлой жизни, Меркурий вез меня в машине дяди Тима.
– Тимофей Реутов выше меня по положению – командор, кавалер пятого круга, входит в Большой совет ордена, – было мне ответом. Кроме того, мне показалось, что Меркурий говорит о дяде Тиме очень уважительно.
Его слова мне совершенно ни о чем не говорили – я не знала, кто такие командоры и кавалеры и что за круги такие и советы, но я не стала ни о чем расспрашивать.
Это тоже не главное. Главное – впереди.
Меркурий продолжил – рассказывал, что сейчас Орден является транснациональной корпорацией, у которой всюду есть филиалы – координационные центры. И он является сотрудником такого центра, который находится в нашем городе. Я слушала и не понимала, как такое может быть возможно. Как в нашем современном технологичном мире могут существовать тайные магические общества? Почему люди, называющие себя магами и имеющие особенные способности, скрывают себя от всего человечества? Для чего они охраняют непонятные артефакты?
Разве все это логично? Разве имеет хоть какой-то смысл?
– Хорошо.
Я поняла тебя. Расскажи, что это такое? – я дотронулась до браслета. – Почему он не снимается? В каких целях вы сделали меня его хранительницей? И почему это произошло тайно? Как вы вообще это провернули? – хотелось назвать их мразями, но я сдерживалась.
– Это старинный могущественный артефакт, – ответил Меркурий после некоторых раздумий.
– И ты его хранительница. А я – ваш защитник. Протектор.
Он рассказывал мне о том, как меня опоили колдовским зельем, лишившим воли и памяти, как провели ритуал, как все это время находились рядом со мной, приглядывая за артефактом, как Меркурий стал парнем Алены, чтобы иметь возможность находиться рядом со мной. Они даже сделали вид, что собираются пожениться.
– Ты использовал мою подругу, – тихо, с угрозой сказала я.
Меркурий отвел взгляд.
А Алена вдруг звонко рассмеялась. И я поняла, что она обо всем знала.
Внутри что-то предательски надломилось.
Как будто бы надломилась ветка цветущей вишни и упала на мягкую траву.
Я до последнего хотела надеяться, что Алену использовали. Или что она узнала обо всем только в самый последний момент. Я безумно хотела этого. Я бесконечно ценила нашу дружбу.
– Так ты тоже обо всем знала? – вырвалось у меня против воли, хотя ответ мне был уже известен.
