А еще ты напоминаешь мне себя много-много лет назад.
– Чем же? – в голосе девушки было столько изумления, что Егор рассмеялся.
– Когда-то давно, на заре эпохи динозавров, когда я был молод и глуп, мне нравилась одна девочка. Мы учились в восьмом классе – я только-только перешел в новую школу, был скромным и даже стеснительным, не курил, не ходил на тусовки, не дрался, учился на отлично и вдобавок занимался в музыкалке. Играл на скрипке. Не любил гонять в футбол.
Типичный домашний мальчик в больших очках. Знаешь, такие не пользуются особой популярностью в школе. Вот Влас всегда был другим. Влас – это наш с Яром старший брат, – пояснил Егор. – Он всегда и везде был первым – и в учебе, и в спорте, и отбоя от подружек у него никогда не было. Да и Ярик с детства умел манипулировать людьми. А я был другим. Меня считали странным, – рассмеялся вдруг он.
– Почему? – удивленно спросила Мира.
Слышать все это, стоя в застрявшем лифте, было странно, но отчего-то безумно интересно – даже слезы незаметно высохли."
"– Это тайна, но тебе ее я открою, – развеселился Егор. – Я любил аниме, читал мангу, одно время даже увлекался косплеем, ездил на конвенты. Одноклассники считали все это полным бредом – в те стародавние времена многие вообще были ограниченными, назовем это так. Возможно, мне не повезло с классом, но основной костяк, состоящий из парней разной степени крутости и их подружек, относился к моим увлечениям с высокомерием.
Таких, как я, не любили. Не любили всех, кто выделялся. Черт, это было так давно – а кажется, что словно вчера, – вздохнул Егор и снова улыбнулся – уже не Мире, а воспоминаниям.
Мира изумленно глянула на старшего брата Ярослава Зарецкого. Красивый, высокий, мужественный, явно посещающий спортзал, с бархатным голосом, от которого по рукам бежали мурашки, с хорошей должностью в юридической фирме – как мальчик-ботаник, который увлекался аниме и не общался с одноклассниками, стал таким шикарным мужчиной?
– Как ты понимаешь, меня не особо любили, считали странным, но слишком не приставали – знали, кто мой старший брат, – продолжал Егор, прислонившись к стенке.
– Я все это прекрасно осознавал, и какое-то время мне было обидно.
