Можете идти домой, вы сегодня страху натерпелись! – расщедрился заведующий кафедрой. – Идите-идите, Настенька, хлопните дома винца.
– Борис Арнольдович! – возмущенно ткнула его в бок супруга. – Что вы такое говорите? Какого винца?
– Красного, сухого, – не растерялся он. – Для здоровья весьма полезно бокальчик-другой. Идите, Настя, я вас отпускаю.
– Не пойду, – усмехнулась я.
– Почему это? – удивился Борис Арнольдович.
– Сейчас полиция приедет, будет допрашивать свидетелей, – устало ответила я.
– Точно! – хлопнул себя по лбу заведующий кафедрой.
– Что ж, ждем полицию. Коллеги, прошу минутку внимания! О случившемся не распространяемся!
– Да весь университет в течение часа будет в курсе, – буркнул кто-то. Как по заказу, в это время позвонили из ректората.
– Анастасия Владимировна, вам бы себя в порядок привести, испачкались, – посоветовал мне кто-то из коллег, и я, кивнув в знак благодарности, пошла в туалет. Однако вышла я не в самое лучшее время – началась перемена, и студенты ошарашенно на меня смотрели.
Уже в туалете, около раковин, над которыми висели зеркала, я поняла почему. Вся моя нежно-персиковая блузка была в крови. И руки были в крови. И даже щека.
Как так получилось, я понятия не имела. Да и крови не боялась. Поэтому просто достала из сумочки салфетки и стала оттирать себя от крови, одновременно пытаясь понять, что произошло. Ничего путного в голову так и не пришло.
Полиция действительно приехала, правда, далеко не сразу, и еще несколько часов я проторчала в университете – рассказывала, что произошло и как я нашла Карла.
Как он появился на кафедре, никто не знал. Во-первых, Ротенбергера никто не видел, во-вторых, что-то случилось с системой видеонаблюдения, и просмотр видеозаписей с них ничего не дал.
Стены родного университета я покинула вечером, уставшая, словно грузила вагоны, и разбитая. Карл находился в реанимации – потерял много крови, однако нам сообщили, что жить он будет, критическая стадия миновала.
Когда я ждала автобус, погрузившись в свои думы, около остановки затормозил темный автомобиль.
– Настя! – окликнул меня Меркурий и поманил к себе. Недолго думая, я села в машину.
В салоне он был не один – с Ариной и рыжим мальчишкой.
– Что случилось с Ротенбергером? – первым делом спросила я.
– А это мы хотели узнать у тебя, – ответила ведьма. – Вот стоило взять отгул, как что-то случается!
– Подождите – удивленно сказала я. – Это не вы на него напали?
– С ума сошла? – фыркнула Арина.
