В конце концов, у каждого свои причуды. Вспомнить хотя бы мамкиного брата, который предпочитал купаться с хлебницей.
– …остальных отсеют, зато победителю достанутся пятьдесят талеров.
– Сколько? – Я поперхнулась от жадности и надсадно закашляла.
– Пятьдесят талеров, – повторила девочка и улыбнулась. – Неплохо, правда? С победителя снимут магический слепок. Говорят, что на его основе сделают статуэтки, кулоны, серьги и даже ручки, которые позднее подарят участницам клуба.
Собеседница наклонилась, чтобы почесать за ушком своего спаниеля.
– Правда, нам с Грейс победа не светит. Мы ведь без связей. Можно уже сейчас предположить, что победит кто-то из собак Кулаченко, Горбачевых, Ерусалимских, Розенберга или организаторов кастинга.
Ха! Это они еще просто Рекса не видели.
Я решительно поднялась с бортика фонтана и деловито уточнила:
– До какого часа кастинг?
Девочка моргнула. Утомленный жизнью спаниель тихонько вздохнул, глядя на очередь грустными глазами. Он не был победителем.
Глава 7
Бригадир
Что будет, если в очередь из собачников встанет рысь?
Правильно, ничего хорошего!
Истошный лай собак.
Крики хозяев, одергивающих своих питомцев. Паника в стройных рядах. И, конечно же, мат, как источник самой искренней реакции.
О да. Наше с Рексом появление произвело фурор.
И, главное, на что я рассчитывала, шум. Много шума.
Этого шума оказалось достаточно, чтобы к окнам подошел кто-то из ассистентов богачки, впечатлился появлением упитанной рыси, гордо вышагивающей среди шеренги беснующихся псов, и поделился наблюдениями с Урсулой Вальтер.
С величием и властью, свойственными лишь единицам, богачка неспешно вышла на балкон, приблизилась к перилам и замерла, сложив руки на груди и оценивающе разглядывая толпу.
Я даже невольно прониклась уважением, ибо дамочка была явно в возрасте, который не скрывала, но выглядела сногсшибательно. Белоснежная шелковая блузка с золотыми пуговичками, черный костюм с зауженными брючками, широкий красный пояс и в тон к нему туфельки на невысоком каблуке.
На шее – замысловатое переплетение золотых цепочек с крохотными алыми камушками, подмигивающими на солнце, на лице – маска рассудительного спокойствия со стервозными глубинами в темно-карих глазах.
Ветер, активно треплющий верхушки деревьев, и кусок плохо закрепленного шифера на крыше соседнего здания, казалось, пасовали перед стильной стрижкой, а заполонившие площадь хозяева моментально стихли, запрокинув головы в немом восхищении.
