Дворники счищали влагу с лобового стекла. Роберт не сводил внимательного взгляда с дороги, а я повернувшись в его сторону, рассматривала идеальный профиль лица, думая о том, что правда про нас с Кристиной вызовет у Шалимова шквал негативных эмоций. Мама и папа с детства приучали нас, что обманывать нехорошо, даже если ложь во благо. Хотя какое уж тут благо? Я надеялась, что Кристина будет счастлива в браке, а вот оно как все получилось…
— Полина, я погорячился, когда предложил тебе деньги, — спокойным голосом начал Роберт.
— Давай, мы сделаем вид, что я этого не говорил, а ты не отказывалась от Дамиры? Я не тороплю тебя с ответом, — он мельком взглянул на меня, а я не знала, что сказать, потому что чувствовала себя опустошенной и разбитой. — Это ведь из-за денег, да?
— Я не отказываюсь от общения с девочкой, просто… Не готова ничего менять в своей жизни, тем более уходить с работы или изображать с тобой фиктивную семью. Жить на два дома у меня не получится. Ты как себе это представляешь?
— Пока не знаю, — он пожал плечами.
— Со временем разберемся. Но ты совершенно не производишь впечатление человека, которому безразлична судьба моей дочери. Я беру свои слова обратно по поводу того, что случившееся между вами с сестрой меня не касается, — Роберт выдержал небольшую паузу и спросил: — Что случилось? — я видела, как он нахмурился, продолжая следить за дорогой.
Что я должна была ему ответить? Что его отец был подлым мерзавцем, который незадолго до их свадьбы с Кристиной натравил на нее шайку отморозков, а те изнасиловали девушку, чтобы никакой сделки между нашими отцами не состоялось? Но Роберт был за рулем, не хватало угодить в аварию после таких признаний.
Да и не факт, что он мне поверит…
Стоило мне подумать об аварии, как машину подрезала встречка. Роберт громко выругался и вывернул руль, стараясь избежать столкновения, а нас занесло на скользкой от дождя дороге. Я вцепилась онемевшими пальцами в ручку двери, автомобиль развернуло на сто восемьдесят градусов и ощутимо встряхнуло, когда Роберт вдарил по тормозам.
Из моего горла вылетел испуганный вопль, я зажмурила глаза, думая в этот момент о Сафине. Если меня вдруг не станет, то она отправится в детский дом, потому что кроме меня у нее никого не было…
— Ты как? — донесся до меня далекий и встревоженный голос Роберта. — Полина? Не молчи, — я почувствовала на своем лице руки и широко распахнула глаза.
Сердце бешено стучало в груди. Уши были заложены.
