До боли в пальцах сжимая пластмассу в руках, я шла к заветной двери. Она была слегка приоткрыта. Положив ладонь на холодную ручку, я собралась толкнуть ее, чтобы войти, как услышала голос Лизы, и замерла, словно меня поразило молнией.
— Вы очень напряжены, Роберт Рустамович… Давайте, я сделаю вам массаж плеч…"
"Воображение тут же подкинуло картинку, как девушка стоит позади кресла, и положив руки на плечи Роберта, гладит их, мнет, и жаждет, что он ответит ей взаимностью… Последние несколько дней моей жизни напоминали езду на американских горках.
Когда уже будет конечная станция, а я смогу сойти с этого ужасного аттракциона?
Я часто и глубоко задышала, чувствуя, как сердце бешено забилось в груди. Зачем я только выходила из своей спальни? Лучше бы пыталась заснуть, а не расхаживала по ночам по дому! Если сейчас между ними случится близость… Разве смогу я после такого остаться в его доме? С ним?
Во мне боролись две сущности в эту секунду: одна — решительная и безумная — хотела толкнуть дверь рукой, и увидеть все собственными глазами, а другая — слабовольная и трусливая — сбежать, чтобы ничего не знать и не слышать, оставаться в неведении.
Эта затянувшаяся тишина по ту сторону двери была громче любых слов. Левую сторону груди прострелила сильная боль, когда я представила, как Роберт ласкает Лизу, как и меня в ту ночь, как отвечает на ее поцелуи… Прикрыв глаза, я глубоко втянула в себя воздух и развернулась, чтобы уйти, чувствуя опустошенное отчаяние.
— Лиза, хватит, — донесся уставший голос Роберта.
— Не думаешь же ты, что секс с работодателем решит все твои проблемы и автоматически продлит контракт еще на полгода?
— Вы мне очень нравитесь, Роберт Рустамович… Очень давно. Я не хочу от вас уходить. Вам с Дамирой нужен любящий и надежный человек рядом, а я готова заботиться о вас с дочерью…
— Со своими подчиненными и я не занимаюсь сексом. Ты здесь для того, чтобы присматривать за Дамирой.
Лиза была готова на все, чтобы остаться с Робертом, даже не побоялась, предложить ему себя, зная, что он скорее всего отвергнет ее, а я за все дни, которые провела в доме Шалимова ни разу не пришла к нему первой, не считая той ночи, когда мы занимались любовью, и сегодняшней…
— Роберт Рустамович… Извините… Но я же вижу, что Полина вас не любит! Это не та женщина, которая…
— Лиза, хватит, — холодно произнес он.
— Со своей личной жизнью я разберусь без участия посторонних лиц. Иди к себе, если не хочешь уже утром оказаться на улице.
