Вы с сестрой не придали огласке факт изнасилования, а если бы сделали это, то как бы поступил ваш отец? Вместо Кристины отправил бы под венец со мной тебя, а ее списал со счетов? И теперь у меня вопрос: ты все еще думаешь, что спасала семью? Кристину, которая правильно расставила приоритеты? Моего отца она выставила виноватым, чтобы вызвать у тебя омерзение ко мне, моей семье и тому, что они сделали с ней. Шансы были пятьдесят на пятьдесят, но ей повезло. Ты согласилась. А ваш отец? Похоже все, о чем он только думал — как повыгоднее пристроить дочерей, чтобы иметь связи в высоких кругах.
— Если бы это был Бердников, он бы узнал, что я забеременела, и тогда бы лично отвел меня на аборт!
— Кристина его как раз и сделала, взяв твои документы. А люди Бердникова вполне могли «присматривать» за тобой эти дни, пока ты не уехала из города. После аборта ты уже никому не сдалась, чтобы за тобой наблюдать.
У меня к горлу подступила тошнота. Я держалась за край раковины одной рукой, но как будто потеряла чувствительность тела и превратилась в закаменелую статую.
Лицо Роберта начало расплываться, а с левой стороны груди больно обожгло. Не в состоянии уложить всю эту информацию в голове, я обмякла, проваливаясь в черную пустоту.
— Поля… Полина… — я приоткрыла глаза, понимая, что нахожусь в ванной комнате, а Роберт сидит со мной на полу, зажав мой нос холодными пальцами. Рядом шумела вода. — Что же ты так пугаешь меня, моя маленькая… У тебя кровь из носа идет… — с беспокойством произнес он, оглядывая мое лицо.
— Сейчас остановится. Так иногда бывает от стресса… Эта особенность появилось после родов, — слабо проговорила я.
— Ты обращалась к врачу?"
"— Все, как один говорят, что со мной все в порядке. Помоги мне встать, Роберт… Я хочу лечь в постель. Никакие документы я смотреть сегодня не буду. Мне нужно уложить в голове все, что ты рассказал про Кристину. А после… возможно после у меня появятся еще вопросы.
Он молча поднялся на ноги вместе со мной. Затем вышел из ванной и уложил меня на кровать, скинув ногой несколько подушек на пол.
Дамира сладко спала, и я хотела надеяться, что она даст мне этой ночью отдохнуть и прийти в себя после всех услышанных новостей.
— Раздевайся, — Роберт протянул мне свежий халат, а я недоуменно на него посмотрела. Но проследовав за его взглядом, опустила голову, и только сейчас заметила, что тот, который был на мне, запачкался кровью. — Сегодня я не уйду от вас, — он отвернулся, чтобы не смущать меня.
