— Он сказал, что Роберт его давний партнер. Теперь они вместе будут вести бизнес в Питере и заниматься строительством новых объектов, — я тяжело вздохнула. — Но это еще не все. Кристина была на седьмом месяце беременности, когда случилась авария…
По моим округлившимся глазам Алена поняла, что я была не в курсе этих подробностей.
— Девочка выжила. Но очень слабенькая. Это все, что я знаю.
— Боже… — я прикрыла рот рукой. — Но почему он ничего не сказал об этом? — Алена пожала плечами.
— А еще он интересовался тобой у Карима.
Не знаю, мне кажется, он настроен узнать о тебе больше…
— Это точно ни к чему! Господи… — я поднялась на ноги и принялась нервно расхаживать по комнате, обескураженная всеми новостями. Меня разрывало от боли, что в жизни Кристины все так сложилоь, а она так и не познала радость материнства. — Я ненавижу отца Роберта, хотя того уже нет в живых! — в сердцах выпалила я, но вспомнив, что Сафина могла все услышать, заговорила тише. — Скажи мне, Мышка похожа на Роберта?
— Ну-у, — протянула Алена.
— Ты знаешь, Поль, ни одному здравомыслящему человеку не придет в голову рассматривать в ребенке сестры жены своего. Тем более искать схожие черты, когда ты ни сном, ни духом о том, что первую брачную ночь провел… — Алена осеклась, заметив, как я побледнела. — Так. Все. Не бери в голову. Он не будет проводить подобных параллелей.
— Хорошо, — я горько усмехнулась, чувствуя внутри моральную и эмоциональную усталость.
Я почти всю ночь не спала, прокручивала события пятилетней давности в голове и никак не могла принять того, что Кристины больше нет.
Меня так долго терзали боль и сожаление. И огромное желание отомстить Шалимову-старшему за то, что он с нами сотворил. Но жизнь его сама наказала. И зачем-то забрала у меня сестру…
— Будем разбираться со всеми проблемами по мере их возникновения, да?
Я ничего не ответила Алене. Это на работе я привыкла просчитывать ходы наперед, быть наблюдательной, принимать ответственные решения, а в жизни как-то все иначе складывалось. И от одной мысли, чтобы во всем признаться Роберту, к горлу подкатывала тошнота.
Разве он примет нормально эту правду? Конечно, нет. И никто бы не принял.
— Мама! Алена! — Сафина появилась на кухне и покрутилась перед нами в обновках, которые привезла подруга. — Самое то для кружка танцев, да, мам? Ты — чудо, крестная фея! — она повисла на шее у Алены, сияя от счастья.
Историю про Золушку я читала ей по вечерам до онемения языка, она обожала эту сказку и всех ее героев.
