Если я пролью невинную кровь без пользы для великого дела, то совершу большой грех, и тот грех будет висеть на мне до конца жизни. И никакими молитвами этого уже не исправить.
— Тебя накажут? — заинтересовался патрикий, который никогда не задумывался о таких материях. С христианина ведь грех смывается искренним раскаянием и исповедью, ибо господь милостив.
— Нет, — покачал головой Вацлав. — У нас есть право на ошибку. Но высшая сущность видит все, и когда весы перетянут на сторону зла, такой, как я становится грешником, изгоем.
Он опасен для людей, раз жизнь для него потеряла цену. Его последующая судьба — оставить службу и творить добро, чтобы вернуть весы в прежнее положение. Ты слышал про доктора Немила? Он весьма известен среди лекарей.
— Слышал, — кивнул Александр. — Он и Илья выпускают книги, которые вмиг раскупаются врачами империи. Он великий целитель.
— Он палач, — усмехнулся Вацлав. — Знал бы ты, как он проводит допросы! Я ребенок по сравнению в ним. Но он творит добро, чтобы спасти свою душу, которая иначе будет вечно мучиться в Нави.
— Я встречал его, — прошептал Александр, который вспомнил свой единственный визит в Словению и палача, притворившимся портным. — Воистину, он страшный человек.
— Он погубил сотни, но спас тысячи, — спокойно пояснил Вацлав, который налил себе снова. — Потому-то он спит, как младенец, а не мучается кошмарами, как твоя госпожа.
— Ты знаешь? — в ужасе прошептал патрикий.
— Она ведь по-прежнему просыпается с криками. Да? — на лице Вацлава снова появилась неживая улыбка.
— Это высшая сущность посылает ей знаки, но она не хочет их слышать. Гордыня и злоба ведут ее по жизни. Она плохо кончит, патрикий.
— Это какое-то колдовство? — побледнел Александр, который начал мелко и часто креститься. — Ты знаешь судьбу людей?
— Это просто здравый смысл, — пожал плечами Вацлав. — Ну сам подумай, что будет с ней, когда ее муж умрет? Кто подаст ей руку? Мой государь сделал это, но она отвергла его помощь. Следующее предложение будет хуже предыдущего.
— Какое же? — обмирая от страха и любопытства, спросил патрикий.
— Жизнь, просто жизнь, безо всяких условий, — пояснил Вацлав. — Для нее и этого много. У нее еще есть возможность спасти свою душу. Вы, христиане, для этого уходите в монастырь. Хотя, как по мне, это довольно бессмысленное времяпрепровождение. Думаю, ей монастырь не поможет.
— А что же ей тогда поможет? — Александр не мог прийти в себя от невероятного удивления.
