Так что, — заключил Крылов, — в ее большую любовь к мужу мне что-то не верится. Куда больше похоже на то, что она и в самом деле «черная вдова», а этот Ростовский скорее всего станет ее следующей жертвой.
— Я тоже об этом думал, — сказал Чертанов. — Но доказательств пока никаких нет.
— В общем, ясно, — подытожил Крылов. — Домыслов много, а результатов мало."
"— Результат будет, Геннадий Васильевич, — пообещал Чертанов. — Но мне нужна ваша помощь. Я хочу установить за ее мужем наблюдение и как следует покопаться в его прошлом.
О нем нужно знать все: где он родился, когда, чем занимался все эти годы, его увлечения, привычки. Каким образом он приватизировал золотые прииски. Кто его поддерживает. Наверняка имеются люди, которых он греет сам. Слишком быстро он развернулся в столице. Без солидной поддержки такое дело провернуть очень сложно. Возможно, наша «черная вдова» подыскивает именно такого человека без корней. В Москве он человек новый и еще не успел обрасти достаточными связями, так что если он вдруг однажды исчезнет, то о нем особенно никто горевать не будет.
Да, собственно, и не хватятся. — На лице Чертанова появилось враждебное выражение. — А эта киска весьма расчетливая особа. Но, чтобы продолжать расследование и припереть ее к стенке, мне нужны люди, машины и разрешение на применение технических средств, а без вашей санкции я ничего этого получить не могу.
— Будет тебе санкция, — решительно сказал Крылов. — Работай.
— Кстати, у меня есть и еще одна версия: на самом деле, может быть, именно этот Ростовский эти убийства и совершал. Узнал, что жена ему изменяет, и начал мочить соперников из ревности. Поэтому-то и в пах им бил.
— В общем, людей, машины и разрешение на прослушивание телефонов ты получишь завтра же, — подытожил Крылов. — И проверяй все версии, как проклюнется что-нибудь интересное — доложишь.
* * *Как это ни странно, но за последнюю неделю Чертанов на улицах города встретил трех знакомых женщин, причем с двумя из них Михаил был когда-то в весьма близких отношениях.
А на одной даже чуть не женился. И только позже он осознал, что подобные решения рождаются или от глухой душевной тоски, или с глубокого похмелья. Чем именно он в тот раз руководствовался, Чертанов так и не сумел вспомнить. Может быть, и тем и другим.
Оказывается, за несколько лет, что они не виделись, ни одна из них не сумела его позабыть.
