Весь их вид так и кричал: мент, оказывается, а с виду такой приличный человек!
— Ах вы от него! — попыталась Людмила разыграть нешуточную радость.
Получилось плохо. Такое насилие над собой дорого обходится.
— Да. Может быть, мы пройдем с вами на свежий воздух, поговорим, — предложил Чертанов.
— Ну, если ненадолго. Сами понимаете, — отвечала Людмила. — Я ведь на работе.
— Я понимаю, — серьезно ответил Чертанов.
— Так вы из милиции? — спросила Людмила, едва они вышли из гостиницы.
— А что, похоже? — улыбнулся Чертанов, беззастенчиво разглядывая ее высокую грудь.
Наверняка в ближайший час кто-то крепко ее потискает. И вообще, центровые проститутки какой-то особенный народ: чем больше их мнешь, тем краше они становятся. Хотя, если вдуматься, в этом нет особого секрета. Такие женщины очень следят за собой. Кремы, тренажеры, сауны способствуют омоложению. Да и сутенеры стараются не переутомлять такой дорогостоящий товар. Как правило, они работают на специальных заказах и под очень серьезного клиента. Людмила была как раз из таких.
Ее запросто можно было спутать с очень влиятельной и молодой бизнес-леди. Впрочем, у нее и правда был свой бизнес.
Людмила слегка смутилась:
— Если приглядеться, то да. А так больше на какого-то мафиозника смахиваете.
— Что, не любите таких? — живо поинтересовался Чертанов.
— Очень непредсказуемый народ. Извините меня за грубое словечко, но отдерут как следует и не заплатят! Мы стараемся от таких держаться подальше.
Чертанов усмехнулся:
— А милиция разве так не делает?
— Случается, — смело взглянула Людмила прямо в глаза Чертанову, — им тоже халяву подавай.
Если форму носят, то считают, что за все заплачено.
— Непросто вам, — согласился Михаил.
Людмила лишь усмехнулась:
— А кому сейчас легко. Так что вы хотели от меня? Спрашивайте.
К подъезду подкатил красный «Мерседес». Из него, щеголевато поигрывая ключами, вышел высокий брюнет кавказской внешности. Смерив Людмилу долгим взглядом, он прошел в гостиницу. Чертанов заметил, как по лицу девушки пробежала смутная тень, похоже, что она вспомнила что-то неприятное.
— Это ваш… хозяин? — не сразу подобрал нужное слово Чертанов.
— Будьте попроще, — усмехнулась Людмила, — называйте вещи своими именами. Это наш сутенер. Человек незлой, хотя мог бы быть и помягче.
— Но до этого вашим сутенером был Резван?
— Да, — отвечала девушка, — теперь появился этот. Не знаю, кем он приходится Резвану, не то брат, не то сват, но сразу взял его машину, перетрахал всех наших девочек.
