— Какие у тебя были дела с Сафроновым?
— Ах вот оно что, — разочарованно протянул Кузя, — а я-то думаю, что мне за головняк такой, из-за чего ты ко мне прицепился. Впрочем, следовало сразу догадаться, работать ты умеешь. Отвечу как на духу, начальник, можешь считать это за любезность, но если однажды мне твоя помощь потребуется, то, будь добр, не откажи! Лады?
— Базара нет, — произнес Чертанов, скупо улыбнувшись.
— Покойнику-то теперь уже все равно, царствие ему небесное, — картинно перекрестился Кузя, — а потому я хочу сказать, что дела у меня с ним были конкретные.
— Что ты имеешь в виду?
— Ваньку-то я знаю с детства. Не одно море пива вместе выдули, вот он иногда и просил пробить по моим каналам нужного ему человека. Криминала здесь нет, одна чистая услуга. Я ему давал расклад, а уж ему решать, вести с ним дела или нет.
— Он тебе за это платил?
Кузя широко улыбнулся.
— Не буду лукавить, начальник, у меня свой интерес к тому был. Мы ведь не благотворительная организация. Не пенсионный фонд! Мы как-то помогаем людям, а если они хотят отблагодарить нас, так это их личное дело.
— Усмехнувшись, Кузя спросил: — Или заявление поступало?
— Не напрягайся, не поступало, — успокоил его Чертанов. — Значит, у тебя с ним были доверительные отношения?
Кузя взял с тарелки несколько сухариков, аппетитно захрустел ими, после чего отвечал:
— Вполне.
— Он не делился с тобой своими проблемами в последнее время?
— Ах вот ты о чем, — Кузя понимающе кивнул. — В последний месяц его доставал своими звонками один фраер откуда-то с Урала.
Была обговорена доля за контракт, но, когда она была выплачена, этому захарчеванному фраеру показалось мало, и он стал звонить Ивану и требовать увеличения доли. Когда тот ответил ему отказом, то последовали угрозы. В общем, дело зашло слишком далеко, и он обратился ко мне за помощью. А что такого? Для этого я и поставлен! Пришлось отрядить людей в Екатеринбург, растолковать фраеру, что к чему, чтобы не совался не в свое дело.
На этом конфликт был исчерпан.
— Этот человек не мог подстроить убийство?
Кузя взял еще несколько сухариков, подбросил их на ладони, после чего один за другим положил в рот.
— Исключено. Я за это отвечаю. Если говорить откровенно, гражданин начальник, то я был в курсе всех его дел, и моя роль заключалась в том, чтобы гасить подобные ситуации. Поверь, у меня это неплохо получалось. Так что мы его очень берегли. Любой конфликт старались задавить в корне.
