А ведь если бы торопился, мог бы и не разбирать дороги.
— Верно подмечено.
Парень держался спокойно, возможно, даже слишком. И это настораживало Михаила, ведь повод для беспокойства у него достаточный. Как-никак, именно его увидели подле трупа, а потом едва ли не силком приволокли к месту преступления. Так спокойно мог держаться либо человек, не понимающий, что происходит, либо тот, у которого полностью атрофированы все нервные окончания. Так или иначе, такого человека следовало бы назвать больным, но Фрол таковым не выглядел.
И его показное равнодушие озадачило Михаила.
— А ты случайно не знал покойного?
Криминалист усиленно колдовал у трупа, крупным планом фотографируя покойника. Чувствовалось, что к своему делу он подходит весьма обстоятельно и снимает покойника так, словно рассчитывает, что его посмертный портрет не станет пылиться в милицейских архивах, а будет напечатан на обложках столичных журналов.
Криминалист подходил к своему ремеслу творчески, даже плавные движения рук и умение держать фотоаппарат выдавали в нем большого мастера.
Скорее всего раньше он работал в какой-нибудь газете и прошел хорошую школу. Возможно, бредил персональными фотовыставками и мечтал издать собственный художественный альбом, помышлял пробиться в рекламный бизнес, чтобы работать с фотомоделями, но вместо этого фотографирует трупы.
Вот наконец он нашел нужный ракурс, приблизившись к убитому почти вплотную.
Не будь у него в руках фотокамеры, то можно было бы подумать, что он собирается приложиться к губам убитого прощальным поцелуем.
Но нет, прощание не состоялось, — ярко вспыхнула вспышка, и в этот момент Михаил рассмотрел на лице Фрола некоторую растерянность. Не будь ослепительного света, на секунду рассеявшего темноту, возможно, он и не обратил бы на это внимания, но сейчас растерянность явно обозначилась на лице парня.
— Знал немного, — будто бы через силу отвечал Фрол.
Чертанов постарался не выглядеть удивленным:
— И откуда же, позволь полюбопытствовать?
— Как вам сказать, — замялся парень, посмотрев на девушку, которая теперь тоже смотрела на него с интересом.
— Когда-то я ухаживал за его дочерью, — он бросил неловкий взгляд на Инну. — Может быть, и не надо бы говорить об этом, но вы ведь все равно узнаете. А когда узнаете, начнете еще больше подозревать.
— Верно, — кивнул майор. — Ну, так что там у тебя было? Выкладывай.
Помедлив, парень продолжил:
— Мы еще со школы друг друга знали. Его дочь училась в восьмом классе, а я в десятом.
