— Надо тренировать руки, — посоветовал Друщиц, — а не только голосовые связки.
— Очень много работы, не всегда удается выкроить лишний часок для такого приятного занятия, — смело соврал Серебров, отважно посмотрев на собеседника. Что поделаешь, нужно спасать ситуацию.
В ответ все та же понимающая улыбка.
— Вот как! — неожиданно оживился Друщиц. — А я слышал, что в последнее время у вас как раз возникли некоторые проблемы с работой.
В этот раз его взгляд был полон сочувствия. Этот человек знал о нем куда больше, чем можно было предполагать.
И ответ Александра должен быть убедительно оптимистичным.
— Ну-у, как вам сказать…
— Как есть, — улыбнулся Друщиц.
— На данный период у меня действительно не очень много работы. Просто мне пришлось отказаться от некоторых предложений, которые не устроили меня с чисто финансовой стороны, — небрежно процедил Серебров. Отчасти это было правдой. Чего же за бесплатно надрывать голосовые связки?
— Я слышал, что у вас было негусто с работой последние три месяца."
"Во внешности нового знакомого не было ничего неприятного.
Даже наоборот, чем-то Константин Игоревич вызывал расположение. С первого взгляда он напоминал хронического отличника, который всю жизнь гнался за пятерками, но после окончания вуза, вместо престижного НИИ, угодил воспитателем в колонию для малолетних преступников, где совсем не преуспел. Но как-то смущала уверенность, с которой он держался, и тон, с которым он выговаривал каждое слово. Создавалось впечатление, что он делал своему собеседнику одолжение.
— Эстрада — это особый мир, — не без сожаления признал Серебров. — Если поддержки нет, то пробиться трудно.
— Понимаю, — слегка кивнул Константин Игоревич.
— Здесь своя специфика, это тоже надо признать. Если ты гей, то шансов выскочить на эстраду гораздо больше. Щемят нормальных мужиков! — очень искренне посетовал Серебров.
— В общем, эстраду оккупировали воинствующие педерасты, — заключил Друщиц.
Александр невольно улыбнулся. Вот как обманчиво первое впечатление. Вполне мужское слово, да и мышление соответствующее.
Константин Игоревич не перестал напоминать отличника, но сейчас он больше был похож на примерного мальчика, которого родители выпустили на улицу, где он успел нахвататься дурных слов.
Серебров кивнул. Разговор вроде бы налаживался.
— Вы правильно подметили специфику. В наше время для того, чтобы пробиться на эстраду, мало иметь голос. Нужно еще и подставлять задницу. Меня это не устраивает, — брезгливо поморщился Александр.
