Конечно, немного подводит образование, весьма далекое от добычи золота (кажется, какое-то военное училище), но ничего, со временем наверстает, будет не хуже других. А потом, ему ведь не нужно будет стоять с лотком в руках и шлихтовать золотишко, главное — это умело организовать работу.
Поначалу Илья хотел взвалить эту ношу на Герасима, но, взвесив, уяснил — для такого могучего напряженного производства тот был мягковат, а золото, как известно, и раздавить способно.
Подобное дело по плечу человеку волевому, умеющему покрикивать на рабочих и в случае необходимости стучать кулаком по столу, а то и по физиономии нерадивых.
На такие «подвиги» Герасим, в отличие от Сергеева, был неспособен. Имелась и еще одна причина, возможно, даже более важная, — Илье хотелось иметь в Москве своего человека, на которого можно было бы положиться. Полозов не однажды доказал, что достоин подобного доверия.
Герасим в просьбе переехать в Москву не отказал, сказав, что согласен следовать за Ростовским хоть к «черту на рога», после чего, потупив глаза, признался, что сошелся с Анной окончательно.
Ростовский в ответ похлопал по плечу друга и дал свое благословение.
Вот, собственно, и все дела.
Несколько раз Ростовский пытался дозвониться до Лады, но всякий раз не заставал ее дома.
Дважды неприятный женский голос отвечал ему, что ее нет. А в третий, резковато и с явным вызовом, предложил поискать Ладу на Тверской.
Самое обидное, что Лада тоже не давала о себе знать, хотя могла бы, к примеру, позвонить ему на сотовый или застать его по-домашнему телефону. Сообщить, что с ней все в порядке, успокоить его добрым словом и попросить не волноваться.
Переполненный самыми дурными предчувствиями, Илья вылетел в Москву ровно через две недели.
Уже в здании аэропорта неожиданно затрезвонил мобильный телефон.
— Это я, — услышал он в трубке спокойный голос Лады.
— Бог ты мой! — невольно закричал в трубку Илья, совершенно не обращая внимания на людей, находившихся рядом. — Почему ты не звонила? Я очень переживал!
— У меня были кое-какие дела. Я не могла, — услышал он негромкий размеренный голос любимой женщины. — Извини, что сделала это только сейчас. Я сначала позвонила к тебе в офис, но там мне ответили, что ты уже вылетел в Москву. Я узнала, когда прилетает самолет, и позвонила тебе.
