Подруга в длинном голубом платье и с русой косой, уложенной вокруг головы, смотрелась рядом с воеводой очень гармонично, и я на миг ощутила укол ревности.
У забора нас ждала карета, на дверцах сверкали орлы, кучер в расшитой золотом ливрее распахнул их перед нами. Мы с Юлькой загрузились внутрь, а воевода вскочил на гнедого коня и поехал вперед.
Юлька вынула из сумочки фотик, я кокетливо улыбнулась, соблазнительно изогнувшись на бархатной подушечке, но тут карета тронулась, и я чуть не свалилась с сиденья. Через несколько минут тряски по ухабам мы с Юлькой, совершенно очумевшие, выпрыгнули на траву.
Кучер, натянув удила, недоуменно на нас обернулся.
– Яр! Мы так живыми не доедем, – простонала я. Юлька глубоко дышала, борясь с тошнотой. – Что у вас за дороги? Что за карета? Где амортизаторы?
– Обычные дороги, а карета – самая лучшая, – пожал плечами воевода. – Вы, надеюсь, не завтракали? А то у дам бывают конфузы.
Бутерброд с колбаской, который мне заботливо соорудила Юлька перед выходом, встал поперек горла вместе с утренним кофе.
– И долго еще до дворца? – спросила я.
– До обеда доберемся, ежели поспешать.
– Слушай, Вась, может, ну ее, эту присягу? – простонала подруга, промокая платочком взопревший лоб.
– Без присяги жизнь Василисы под угрозой, – помрачнел Ярополк. – Неблагонадежные ведьмы никому в царстве не нужны. Да и мне было бы спокойнее на душе, если бы ведьма поклялась в лояльности царю.
– А если Вася расписку напишет, что никому вредить не собирается? – предложила Юлька.
Воевода только покачал головой.
Русые волосы рассыпались по высокому воротнику.
– Ладно, у меня есть идея получше. – Я вынула из серебристого клатча красную книжицу. – Тут есть инструкция по применению ступы.
– Может, я по старинке, на коне? – с сомнением предложил воевода.
Он вытащил ступу во двор, ощупал темный, потрескавшийся от времени бок.
– Боишься? – коварно улыбнулась я, потом уселась на край ступы и перекинула ноги внутрь, на миг ослепив Ярополка разрезом платья. Юлька потопталась у ступы, просительно посмотрела на воеводу, и тот с готовностью подсадил подругу, обхватив талию ладонями.
Вот почему я так не умею?
– Не боюсь, – вздохнул Яр. – Скорее, опасаюсь. Она точно троих выдержит?
– Написано – грузоподъемность двенадцать пудов. Пуд – это шестнадцать килограммов. Мы с Юлькой по пятьдесят…
– Шестьдесят, – прошептала мне на ухо подруга.
– Ты… ну, девяносто точно есть, – оценила я мощные плечи воеводы.
– Шесть пудов с лишком, – отозвался Ярополк.
